иерей Иоанн БУХЕНКО (Продолжение4)
«назад

Исцеление испытанием

Метод испытаний, разработанный в эриксоновской терапии, имеет многочисленные аналоги в православной аскетике.

Огромное психотерапевтическое значение страдания, испытания, душевного труда для исцеления душевных проблем признают вслед за святыми отцами и учителями Церкви известнейшие терапевты: «Разве не тяжелое испытание является краеугольным камнем христианства? Изменение или обращение в христианстве опирается на идею о том, что душу можно спасти через несчастье и страдания. Когда христианин отказывается от радостей телесной любви и виноградной лозы и одевает власяницу, происходит обращение в веру. Благо ниспосланного несчастья является центром концепции спасения через страдание. В любом из христианских храмов мы прежде всего видим мученика, несущего свои тяжкий крест»172.

Они подчеркивают огромное исцеляющее действие осознания своих грехов и покаяние в них на исповеди, что само по себе может стать серьезным испытанием для человека. «Если говорить о специфических приемах исцеления, то старейшим из них является исповедь – испытание, при котором человек должен ради спасения своей души открыть перед другим то, что хотел бы скрыть. Не менее устойчивой традицией является и покаяние173, следующее за исповедью. Подобно терапии тяжелым испытанием покаяние имеет две формы: покаяние как общепринятый обряд и покаяние для отпущения конкретных грехов конкретного грешника»174.

Суть метода исцеления испытанием состоит в том, что имеющуюся греховную привычку или действие, влекущее к расстройству души, пастырь связывает с каким-нибудь заданием, более тяжелым для человека, чем исполнение греховного действия, но заранее непременно связав пасомого обязательством исполнения всего, что будет предписано для угасания желания этих греховных действий.

В православной аскетике страх Божий имеет ограждающее значение. Он связывает возможный греховный поступок с осознанием отпадения от Христа в вечности, которое для православного человека есть самое ужасное, что может случиться.

Для человека, который еще не достиг высот духовного осознания, подобным наказанием может стать епитимья. Человеку, страдающему скупостью, в древности накладывали епитимью: заниматься делами милосердия – подавать нищим, помогать другим из своего имущества и т.д.

Можно вспомнить случай из Древнего Патерика, когда человеку, пришедшему в монастырь, дали послушание просить прощение у каждого входящего во врата монастыря. Это послушание, исполняемое в течение нескольких лет, сначала формально, внешне, потом–сердечно угасило его гордость.

В качестве испытания можно использовать различные средства, действующие так, что греховный навык исчезает. Этот метод используется и при различных психических расстройствах, например, при бессоннице.

В одной из книг по психотерапии рассказывается, как с помощью этого метода был исцелен старик, пятьдесят лет страдавший бессонницей. Терапевт заранее заручился «честным словом»: если человек желает избавиться от бессонницы он согласен выполнить все, что предпишет терапевт, если это не противоречит его моральным и нравственным устоям.

В процессе их беседы выяснилось, что пациент болезненно переносил необходимость еженедельной натирки паркетных полов в доме, где он жил. Именно это задание и было дано ему исполнять в случае, если он не сможет заснуть до определенного терапевтом времени. Итак, когда его мучила бессонница, он должен был вставать и натирать полы. На пятую ночь он поставил банку с мастикой перед собой и лег с четким осознанием того, что если через 15 минут он не заснет, то опять будет заниматься натиркой... Проснулся он только утром, после чего стал быстро засыпать каждый вечер.

Схематически этот метод можно изобразить так: Симптом (или греховное действие) + задание на тяжелое испытание=исчезновение симптома (изменение греховного поведения).

Испытания могут быть самыми различными и желательно, чтобы они имели какую-либо связь с добродетелями. Иногда бывает нужно несколько раз проходить испытания, а иногда достаточно только лишь объявления, произнесения симптома (для некоторых это тоже форма испытания!) для его исчезновения. Но условия испытания должны быть поставлены так, чтобы человек был исполнен решимости выполнить его, каким бы оно не было.

Метод испытаний действенен, если между духовником и его чадом существует безусловное доверие. Если же доверие еще не образовалось, следует заручиться решимостью обратившегося за помощью, т.к. без этого метод теряет свою эффективность. Пастырь может вызвать интерес у пасомого, говоря: «Я знаю, как помочь тебе в этом деле, но не знаю, сможешь ли ты это выполнить» От этого предположения человек загорается интересом и решимостью исполнить любое предложение. И чем больше пастырь выдерживает паузу и не говорит, каково это испытание, тем более в пасомом крепнет решимость. Иногда можно откладывать сообщение испытания «до следующего раза» до тех пор, пока пастырь не увидит решимости выполнить любое послушание. И лишь при наличии этой решимости можно предложить испытание.

Для использования этого метода необходима последовательность и поэтапность действий. Проблема, которую нужно преодолеть, должна быть четко определена. Необходимо отграничить обычное проявление человеческого естества от греховного. К примеру, еда в определенных объемах человеку необходима, а в излишних – вредна, нужно очертить границы дневной порции и только после этого прилагать метод испытания для преодоления чревоугодия.

Человек должен сам стремиться к исцелению. Если пастырь заметит у человека проблему, нуждающуюся в преодолении, то он должен не только констатировать факт греха, но и помочь пасомому в развитии мотивации для преодоления греха или греховной привычки. Подчеркнув серьезность проблемы, обсудив неудачные попытки человека справиться с ней, пастырь должен сделать особое ударение на том, что испытание – это многолетний и успешно действующий прием преодоления греха. Следует также учитывать, что для некоторой части людей мотивацией к тому, чтобы понести епитимью, может стать желание доказать, что священник неправ, неопытен, не понимает сути дела.

Пасомому нелегко поверить, что именно этот метод сработает. Однако, как объяснит ему священник, единственный способ опровергнуть это – исполнить то, что благословляется. Не следует забывать, что большинство исцелений епитимьей напрямую зависят от отношения к личности пастыря и возможности тесного контакта с ним.

Испытание должно быть выбрано. Выбор делает пастырь, но возможно, что в сотрудничестве с пасомым. Оно должно быть достаточно суровым, чтобы преодолеть грех, не приносить физического вреда, четким и недвусмысленным, иметь определенное начало и конец. Если в выборе участвует пасомый, мотивация к исполнению будет сильнее.

Испытание должно сопровождаться четким объяснением того, как его нужно исполнять. Священник должен дать четкие и недвусмысленные указания, разъяснив, что задание нужно повторять только в случае очередного проявления симптома и только в установленное пастырем время. Целесообразность своих действий и благословений пастырь в процессе терапии испытанием не должен объяснять, т.к. тем самым он сориентировал бы человека не на доверие его совету, а на руководство собственным разумом. Таинственное лучше воздействует на человека, особенно на интеллектуала, который может рационально опровергнуть любое утверждение.

Испытание не отменяется, пока греховный симптом не преодолен. Достоинство этого метода состоит в том, что он может очень широко применяться и быть действенным там, где не помогают обычные способы борьбы с грехом.

Случается, что человек приходит на исповедь, толкаемый туда родственниками и знакомыми, говорящим ему: «Стоит тебе поисповедаться, и все будет хорошо». Этот человек, перечисляя (без покаяния) то, что ему наговорили знакомые, отходит от исповедального аналоя, а облегчения при этом все равно не получает. И тогда он говорит родственникам, что исполнил все, что ему советовали, но по-прежнему ничего не помогает.

Встретившись с таким человеком, пастырю следует дать ему какое-либо малое задание (послушание), после которого он сможет заново прийти. Видимая сторона этого послушания для такого человека должна быть реальной и исполнимой. По окончании этого малого задания можно предложить еще одно.

Целью же такого задания будет его частое хождение в храм, в ходе которого изменится не только отношение к исповеди, но и сама его жизнь. Это и есть то изменение поведения, которое и содержит неосознаваемый смысл данного задания.

 

Душевное потребительство

Многие пастыри замечали, что после общения с некоторыми людьми чувствуется вялость, слабость, «разбитость», отсутствие душевных сил для решения текущих жизненных задач. Современной практической психологии и психотерапии известны подобные явления, характеризуемые как поиск и использование людей в качестве защиты или источника жизненной энергии. Замечено, что подобные проявления также имеют место в семейных, производственных, дружеских отношениях.

Существуют также люди, которые сознательно действуют таким образом. Они весьма изобретательны и изощрены в методах и способах собственной эмоциональной подпитки. Их множество – от сознательного провоцирования других «сорваться» до изматывающей и бесплодной игры: «я несчастный, пожалейте меня». Подобным людям достаточно побыть несколько часов рядом с потенциальной жертвой (в некоторых случаях ею может оказаться священник), чтобы удовлетворить свои потребности. Через несколько часов после такого «приятного» общения жалеющий чувствует совершенно беспричинный упадок сил или неясное недомогание.

Кандидат медицинских наук А. Алтунин говорит об особенностях, последствиях и механизмах преодоления зависимости от подобных отношений.

«Если такой человек постоянно находится рядом с вами, вы ощущаете частые колебания своего настроения, уменьшение производительности умственного и физического труда, некоторую косвенную, смутно ощущаемую интеллектуальную и психологическую скованность, «зажатость», заторможенность, которые в значительной степени исчезают при перемене общества. Иногда чувство облегчения настолько существенно, что вы ощущаете внутреннюю легкость, радость, свободный полет мыслей и чувств – нечто, напоминающее вдохновение».

Замечено, что психически неустойчивые люди, найдя более устойчивого, более волевого или просто душевно теплого человека, цепляются за него посредством постоянного акцентирования внимания на себе и на своих проблемах, постоянной попытки вторжения в его душевный мир, попытки, доходящей в своих притязаниях до разрушения «донора». Для них характерна умелая спекуляция на уделяемом внимании при полном нежелании работать над собой.

На начальных этапах отношения между человеком, дающим душевные силы, и потребляющим их, выглядят как взаимовыгодное сотрудничество. Иногда даже создается впечатление, что большую пользу получает донор, который предоставляет и защиту и жизненные силы, ощущая себя человеком, который «нужен людям», не замечая начала проявления духовного потребительства. Если же «донором» оказывается духовник, то можно только поскорбеть о его незавидном положении. А ведь духовников окружают десятки духовных чад и просто людей с подобными потребительскими душевными наклонностями.

Конечно же, речь идет не о тех случаях, когда импульс душевных сил человеку дать просто необходимо. В случае реальной помощи нуждающимся людям душевные силы духовника восполняются Богом, и чем больше он их отдает, не жалея времени и сил для своих духовных чад, тем в большей степени происходит это восполнение. Речь идет о пустопорожнем потребительстве времени и сил священника, и поэтому священнику важно научиться различать, где искренне нуждающийся человек, а где проявление душевного потребительства.

А. Алтунин пишет о вариантах разрешения этой проблемы в семейных отношениях. Думаю, что его совет, восходящий по сути своей к христианскому осмыслению выхода из любого конфликта, может пригодиться пастырю не только в качестве совета для случая семейного разлада, но и в личных отношениях со своими пасомыми. Напомним только, что здесь, как и в других цитатах из психологической литературы, важно прочитать изложенные языком светской психологии закономерности и механизмы глазами православного человека: «Как же уберечь себя от отрицательного влияния таких людей? Путей несколько. Изменить отношение к себе, к своему спутнику, более четко и сознательно моделировать общение с ним (с ней). Для начала можно устроить небольшой семейный «совет», на котором в спокойном и доброжелательном тоне попытаться обсудить ваши взаимоотношения: выяснить конкретные качества, которые вам обоим нравятся и не нравятся друг в друге, что в поведении каждого приятно, что вызывает раздражение, что ему (ей) хотелось бы в вас изменить в первую очередь и почему...

Большинство людей считает, что со своими домашними они могут разговаривать, как им хочется, и что в семейных отношениях какие-либо нормы поведения могут не учитываться. Это одно из самых распространенных заблуждений. К своим-то как раз и следует относиться не просто хорошо, а хорошо вдвойне. Иначе говоря, максимально уважительно в любом споре или конфликте, даже если вы считаете себя полностью правым. Предупредительность и чувство такта по отношению к домашним (а если быть до конца точным, то и ко всем остальным, независимо от их возраста, пола, социального положения и т.д.) в первую очередь важны для вас самих, потому что вежливость и сдержанность позволят вам сохранять не только свою психическую и физическую энергию, но наряду с другими общечеловеческими добродетелями дадут возможность укрепить свой дух, повысить гармоничность своей личности в целом, создадут более выраженные предпосылки к обретению душевного равновесия и в отдельные «пиковые» моменты жизни, и в повседневной суете, напряженном ритме нашего современного бытия».

Автор утверждает, что мысль, отрицательное чувство или поступок образуют вокруг человека соответствующее эмоциональное поле. И если человек сеет вокруг себя только раздражение, злобу, ненависть, месть, жестокость, агрессивность, эгоизм, лживость, равнодушие и высокомерие, – все это к нему же и вернется, принеся новые, еще более тяжелые и серьезные страдания. А если он сеет только доброе и светлое, причем часто бескорыстно, то Бог сторицей воздаст ему за вклад в борьбу с силами зла.

«Гибкость и дипломатичность в большом и малом, постоянное желание и стремление найти наиболее оптимальный и взаимоприемлемый компромисс – вот реальный путь сохранения собственного «Я», укрепления своего психологического и психического, нравственного и физического здоровья. Эти правила выработаны тысячелетиями и действуют независимо от понимания или непонимания их. Чем более великодушными и снисходительными, терпимыми (к слабостям и недостаткам) и терпеливыми (к ошибкам и заблуждениям) вы будете в отношениях с окружающими, тем больше у вас будет шансов ощутить настоящее счастье, тем больших высот вы сможете достичь на пути духовной эволюции. А это является главной, вечной и непреходящей ценностью человеческой жизни».

Интересные мысли по этому поводу можно встретить у доктора психологических наук Т.А. Флоренской. Говоря о практической помощи в разрешении конфликтных ситуаций со стороны психологов, она пишет о нередком в их практике проявлении со стороны больных «стремления к личным дружеским взаимоотношениям с психологом, ожидании от этих отношений удовлетворения своих неудовлетворенных потребностей в любви и признании. Случись это, психолог станет объектом требований, недовольств и обид, вымещаемых на нем отрицательных переживаний. Но главная беда не в этом, а в бесплодности такого рода отношений: пока человек ждет любви и внимания от других, живет этим, он никогда не удовлетворится, будет требовать все большего, и все ему будет мало. В конце концов он окажется у разбитого корыта, как та старуха, которая захотела, чтоб служила ей рыбка золотая. Такой человек всегда внутренне несвободен, зависим от того, как к нему относятся.

Пока человек только берет, ничего хорошего не получается. Рано или поздно он обанкротится. Фигурально выражаясь, чтобы росла прибыль от получаемого, его надо отдавать другим. Этот свой источник любви и добра нужно открыть в себе самом. И открытие должно совершиться не в уме, а в сердце человека, не теоретически, а внутренним опытом. Поэтому было бы неверно сказать такому человеку: «Эффект нашего общения так недолог, потому что вы больше думаете о себе, чем о других». Он примет это к сведению или займется самобичеванием. Подождем, когда он придет радостный и скажет: «Теперь я понял... Теперь я живу!». Это может произойти нескоро, так как такие люди больше живут умом, а не сердцем. А для начала сердце надо умягчить и отогреть, помочь человеку поверить в себя, чтобы, наконец, он узнал простую вещь: не только он нуждается в людях, но и люди нуждаются в нем».

Этим советом, касающимся подопечных психолога, можно с полным основанием воспользоваться и пастырю, более того – как ключиком к подобной непростой ситуации. Ведь, как уже было упомянуто выше, с теми проблемами, с которыми неверующие люди приходят к психологу, психиатру, психотерапевту, верующие идут к священнику. И как до боли жалко становится, если молодой пастырь, вчерашний семинарист, попавшись на удочку осознания своей «нужности» и «полезности», не сможет найти правильный выход из такой ситуации.

Что же делать, если рядом с ним окажутся такие люди, которые со временем займут место в приходе или монастыре? Рано или поздно у священника могут иссякнуть человеческие силы для окормления таких людей. Душевные силы человека ограничены, и порой их иссякновение может обнаружиться совсем внезапно, на самом, казалось бы, жизненном подъеме.

Тем более что сами «потребители», выигрывая тактически, проигрывают стратегически, ибо, чем дальше затягивается узел подобных отношений, тем ниже падает уровень их возможностей к подлинному сотрудничеству.

Обогрев, поддержав такого человека, на каком-то этапе отношений духовник должен сказать ему: «Вот теперь ты должен учиться идти дальше самостоятельно. Если тебе будет тяжело, трудно, если искушение твоей болезни окажется тебе вновь не по силам, то приходи, я поддержу тебя. А так, по мелочам, старайся меня не отвлекать. И все это я говорю тебя не потому, что я тебя больше не люблю или по какой-либо другой причине, а потому, что хочу, чтобы ты начинал духовно расти, а значит – сам учился справляться со своими искушениями и трудностями».

Возможно, эти слова покажутся жестокими, возможно, пасомый увидит здесь чьи-то козни («кто-то что-то ему обо мне опять наговорил»). Безусловно, жить, душевно «повиснув» на другом человеке, в данном случае на священнике, гораздо легче, чем самому преодолевать груз внутренних конфликтов и душевной неуравновешенности. Но именно в подведении человека к принятию ответственности за свои поступки и за конечный итог своей жизни видится правильный итог отношений пастыря с духовным чадом.

 

О поводах для обращения к психотерапевту

«Последнее издание «Психологического словаря» (1996) определяет психотерапию как «лечение человека (пациента) с помощью психологических средств воздействия» и – шире – как «оказание психологической помощи здоровым людям в ситуациях различного рода психологических затруднений, а также в случае потребности улучшить качество собственной жизни».

Целью психотерапии является помощь при психических и личностных расстройствах легкой и средней степени тяжести, содействие в разрешении проблем и преодолении психологических затруднений, в актуализации резервов личностного роста.

Психотерапия бывает краткосрочной и длительной, групповой или индивидуальной, религиозно окрашенной или внеконфессиональной. Точкой приложения усилий психотерапевта может быть бессознательная сфера психики (все виды глубинной, аналитической психотерапии), мышление и сознавание (когнитивная психотерапия, гештальт-терапия), эмоции и чувства, процесс сопереживания (роджерианство), итоги восприятия – сенсорно-перцептивный опыт и его словесное воплощение (нейро-лингвистическое программирование), человеческое тело и процессы в нем (телесно-ориентированные подходы)»175.

Следует заметить, что правильное, цельное и трезвое отношение к психотерапии, как к одной из прикладных областей медицины и социальной работы одновременно, в нашей стране еще не сложилось. Образ психотерапевта очень часто ассоциируется у многих людей со строгим доктором, который готов при неправильном ответе пациента сразу же накинуть на него смирительную рубашку.

Однако к пастырю люди часто приходят с вопросами, проблемами, мешающими движению и личностному росту, которые лишь отчасти можно отнести к области греха или страсти. При их решении необходимо определенное количество специальных психотерапевтических знаний.

Смиренное признание того, что священническая хиротония и диплом об окончании духовной семинарии не дают священнику права вторгаться и директивно орудовать в области сложных психических процессов, только украсит пастыря, встретившего на своем пути человека, проблема которого находится вне духовнической компетенции.

Владея психотерапевтическими знаниями, пастырь мог бы оказать психологическую помощь своим пасомым. Если же знаний для разрешения возникающих проблем не хватает, благоразумнее было бы, признав свою недостаточность, отправить человека на консультацию к врачу или психотерапевту-профессионалу.

Чтобы не быть голословными, приведем примеры затруднений, в которых помощь психотерапевта может оказаться весьма полезной. Приведенные случаи не являются психопатологиями, с одной стороны, с другой – они не являются собственно грехами или греховными проявлениями, для разрешения которых необходим исключительно религиозный подход. Проще говоря, проблема требует всестороннего рассмотрения.

Первым примером из довольно-таки распространенных случаев, в которых необходима помощь психотерапевта, может быть трудность адаптации к тем или иным изменениям в жизни человека. Любое изменение, даже самое что ни на есть положительное, есть испытание для него.

В последние годы в силу экономических, политических, нравственных процессов, происходящих в нашей стране, мы находимся в полосе непрерывных изменений, находимся в неопределенной ситуации и ждем все новых изменений. У некоторых людей буквально почва уходит из-под ног. И поэтому возможности адаптации к этим изменениям находятся уже в несколько перегруженном состоянии.

В период назревающих перемен человек может быть готовым к тому, что в какой-то момент может понадобиться психологическая помощь.

Следующей группой поводов для того, чтобы подумать об обращении за помощью к психотерапевту, является страх нового. У человека может быть целый набор негативных реакций на все новое в его жизни: может быть, это раздражение, страх в чистом виде или же уклончивое избегание, построение своей жизни так, чтобы не произошло чего-то нового.

Еще одна группа поводов – это если человек не справляется с какой-то привычкой, и она начинает властвовать над человеком. Это называется зависимостью. Зависимости бывают химическими – табак, алкоголь.

К той же категории относятся зависимость от компьютеров, невротическое переедание. Потребность становится автономной и приобретает слишком большую власть над всей остальной жизнью, разрушая социальные связи, мешая исполнению повседневных обязанностей, приобретает формы зависимости. Человек находится в состоянии, когда он действует как бы не по своей воле. Если словесное формулирование на исповеди зависимости как греховного проявления и обычный совет о борьбе с грехом со стороны священника не всегда приводит к разрешению проблемы, можно попробовать иной, психотерапевтический подход.

К зависимости можно отнести поведение так называемых трудоголиков. Работа начинает вести человека по жизни, оттесняя другие любые потребности. Вообще одной из характеристик любого зависимого поведения является то, что оно стремится занять верхнюю полочку в иерархии ценностей.

Далее, поводом может стать ситуация, когда по каким-то причинам, которые неясны самому человеку, чрезвычайно сложным кажется то, что легко дается большинству его знакомых. Например, вступать в разговор с незнакомым человеком или делать какую-либо покупку без советчиков. Или по каким-то причинам человек тяготится многолюдством, несмотря на то, что связан необходимостью общения с людьми в силу профессии или общественного положения, хочет побыстрее убежать от людей, чувствует себя комфортно, только оставаясь в одиночестве. В психотерапии такое явление принято называть малоадаптивным личностным комплексом. Эта, на первый взгляд незначительная личностная особенность, может оказаться очень серьезным препятствием для личностного роста человека.

Поводом может стать боязнь темноты, высоты, открытого пространства или публичных выступлений, которая выросла до таких размеров, что из-за нее нужно менять или что-то упускать в своей жизни. Например, отказаться от хорошей квартиры, потому что она на высоком этаже, или отказаться от работы, потому что она связана с публичными выступлениями. Когда подобные страхи входят в противоречия с остальной реальностью, необходима психотерапевтическая помощь.

Причиной направления к психотерапевту не только пастырем, но и обычным врачом может стать падение иммунитета. Это говорит о том, что существует внутреннее душевное неблагополучие.

Поводом может послужить также пережитый ранее необычный психотравмирующий опыт. Например, человек попал в аварию, оказался свидетелем или жертвой насилия или преступления и т.д. И как следствие этого: заикание, боязнь быстрой езды, боязнь замкнутого пространства, например, купе, боязнь душевной близости с людьми противоположного пола.

Иногда таким поводом может стать перенесение потери близкого человека или калечащей операции. Внутренний надлом достигает такого размера, с которым в одиночку человек справиться не может. Переживание потери требует времени и внутренней работы. Если за какое-то время привыкания и принятия факта потери не происходит, человек застревает на остром переживании потерь, то необходима помощь.

Если в жизни человека какая-то ситуация повторяется раз за разом отрицательным образом, это тоже повод для обращения к психотерапевтической помощи. Например, третья женитьба, седьмое новое место работы в течение года, сто пятидесятое разочарование в человеческой порядочности и т.д. Работа с проблемой человека в таком случае будет длительная, исследовательская.

Следующий повод: человек себе не нравится большую часть времени или постоянно. Подобное невротическое состояние является для многих новоначальных православных людей как бы желанной нормой, некоей «аскетической высотой», что не совсем верно. У каждого человека бывают периоды, когда самооценка падает. Это вызывается или неудачей, или возрастным изменением. Но если подобное состояние занимает большую часть времени жизни, человек нуждается в психотерапевтической помощи. Принятие самого себя таким, каков я есть, во-первых, и потребность стать лучше, во-вторых, являются более действенным фундаментом для роста к духовному, чем самоугрызение и невротическое чувство вины, которые ни со смирением, происходящим от слова «мир», ни с покаянием, которое (по словам святых отцов) является радостотворным плачем, не имеет ничего общего. Поскольку понятие «самоуничижение», «смирение», «осознание своего недостоинства» для невротической личности могут оказаться сильнодействующими лекарствами, осмыслить указанное различие, назначить дозировку их применения в каждом конкретном случае может или опытный духовник, или психотерапевт, знакомый с ценностным миром Православия.

Еще один повод: человек не может смириться с переходом в следующую возрастную группу. Перспектива старости вызывает страх, человека не устраивает нормальный ход вещей.

Следующий повод: человека часто обижают, обманывают, предают и подводят, часто используют окружающие люди. Еще один повод: человек сплошь и рядом ошибается в людях. Рано или поздно он начинает подозревать, что, возможно, дело не только в них, а в нем самом.

Еще один повод: человек (безосновательно или по какой-то причине) тревожится до такой степени, что ему становится невмоготу, тревога парализует его. Психотерапевт может объяснить человеку, что тревога является проявлением положительным. Тревожные люди, как правило, достигают больших успехов. Он научит обращаться с тревогой и тревожностью как с больным органом в структуре человеческой души, который о чем-то сигнализирует человеку, о чем-то хочет ему сообщить.

Следующий повод: навязчивые мысли и воспоминания, мысли о грядущей тяжелой болезни, собственной или кого-то из близких. Или же когда жизнь кажется тяжелым бессмысленным делом, причем так было не всегда, или когда преследует ощущение тяжести в жизни, когда человек безрадостно встречает утро. Одна треть людей приходит на прием к психотерапевту по поводу депрессии или субдепрессии.

Если замучили чувство вины или стыда, а повод явно не соразмерен с мучениями и обычные рациональные объяснения на помогают, необходимо просмотреть проблему в психологическом плане.

Поводом для обращения к психотерапевтической помощи может стать ситуация, когда человек начинает довольно часто терять контроль над собой. С другой стороны, в некоторых случаях необходимо овладение своими импульсами, работа со своим поведением. Иногда взрослому человеку приходится учиться повышать голос, плакать, срываться в таких случаях, когда ранее этому не давался выход, но проявление таких эмоций в конкретных случаях вполне естественно. В последнем случае проблема внешней скованности происходит чаще всего от того, что когда-то в раннем детстве человеку запретили проявлять себя естественным образом. Такие люди живут, чаще всего не удовлетворяя свои душевные потребности, пряча себя в скорлупу отгороженности от людей, запрещая себе быть естественными и радостными. Особая проблема, если теоретическое обоснование такой отгороженности они обретут в аскетических книгах святых отцов, прочитанных с болезненным, невротическим мировосприятием человека. Работа со сформировавшимися на этой почве убеждениями – наиболее трудный участок работы пастыря или христианского психотерапевта.

В приведенных случаях пастырь, который не может справиться с проблемами, может направить человека на консультацию. Если пастырь будет вынужден адресовать человека на консультацию к психотерапевту, он должен быть уверен, что это не повредит душе пасомого.

Д.А. Авдеев и В.К. Невярович предлагают действенную систему духовно психологической самопомощи. Очень важно, по их мнению, правильно оценить причину собственных падений и грубых промахов. Нередко мы пытаемся оправдать себя и искать причины в других людях или внешних обстоятельствах.

Святоотеческая мудрость учит никогда не заниматься самооправданием, ибо человек по природе своей себялюбив и всегда найдет способ исказить в угоду своего алиби истинное положение вещей (например, «ну, пусть я погорячился и нагрубил, но я ведь тоже живой человек, а вот он должен бы был...» и т.д., постепенно все более убеждая себя в виновности другого и оправдывая себя).

Вместо же самооправдания правильнее обвинить себя, искренне попытаться разобраться в причинах падения, которые обычно кроются в нашем себялюбии, тщеславии и особенно в гордыне («где совершается падение, там прежде водворяется гордость; ибо гордость есть предвестница падения», – преп. Никодим Святогорец, «Невидимая брань»).

Одним из действенных приемов является рационализация. Прежде всего надо успокоиться, помолиться. А далее нужно взять чистый лист бумаги, авторучку и внимательно, трезво проанализировать сложившуюся затруднительную или конфликтную ситуацию, выписать главные причины столкновения и возможные пути решения этого конфликта, взвесить все «за» и «против», усмотреть нужды и тревоги всех участников сложившегося недоразумения, найти верные доводы в пользу выдержки, самообладания, смирения.

Попутно можно разглядеть некоторые ранее незамеченные обстоятельства, существенные психологические нюансы. Завершающим этапом рационализации может явиться принятие определенного решения, так как чем длительнее будет сохраняться неопределенное, двойственное отношение к конфликту, тем труднее его разрешить, а стало быть – и восстановить душевное равновесие. Враг нашего спасения всегда пытается лишить нас душевного мира, запутать нас, склонить к унынию. Будем помнить это и трезвиться.

Предусмотрительность. Несмотря на все многообразие жизненных событий, многое в жизни повторяется неоднократно и представляет как бы некое «клише». По опыту известно, что можно «спотыкаться», терять душевный мир или впадать в прегрешения, так сказать, регулярно, в одних и тех же ситуациях. Поэтому надо готовить себя к трудностям, важным разговорам, встречам, ответственным шагам. Готовиться следует размышлением, молитвой, беседой и советом духовника, его благословением (в тех случаях, когда это возможно). Не нужно и невозможно все учесть, но многое можно предусмотреть.

Переключение – простой и эффективный прием. Кому неизвестно, как приятно прогуляться по лесной тропинке, послушать пение птиц, полюбоваться луговыми цветами, иному доставляет радость повозиться на даче, третьему – встретиться с друзьями и провести вечер в сердечном и душеполезном общении и т. д. Перечислять можно долго. Умение отдыхать с пользой для души – премудрость, которая стоит того, чтобы ею овладеть.

Подобных советов можно предложить еще немало. При внимательном отношении к себе каждый может по своему усмотрению продолжить этот перечень.

В больницах и поликлиниках лечением неврозов занимаются врачи-психотерапевты. Скажем прямо и откровенно: у психотерапевта, который не исповедует Христа и не является чадом Матери – Православной Церкви, лечиться нельзя. Ведь психотерапия – это особая медицинская специальность. Это лечение души душой (в данном случае – не путать с психиатрией). Если душа психотерапевта не очищается покаянием, если он говорит одно, а живет по-другому, если он считает, что вера Христова ему не нужна, то кому же он сможет помочь? Нельзя помочь человеку, не имея собственных духовных ценностей. Ибо может ли слепой водить слепого? Не оба ли упадут в яму176? Отдельно укажем, что использование таких методов «лечения», как гипноз, медитация, недопустимо. Такое «лечение» душевредно и опасно. Православная Церковь определяет гипноз как сознательное служение злу.

Несколько слов по поводу употребления медикаментов при неврозах (транквилизаторов, антидепрессантов). В случае невротических состояний, когда симптомы постигшего недуга напрямую зависят от психологических причин и обстоятельств жизни, медикаменты играют вспомогательную роль, ослабляя внутреннее напряжение и притупляя остроту жалоб. Их назначают обычно на непродолжительный период. Главным условием выздоровления будет поиск оптимального решения конфликта, а в духовном плане – смирение и покаяние.

Фитотерапия, то есть использование в лечебных целях лекарственных растений, – метод, который хорошо помогает при неврозах и неврозоподобных, состояниях. Однако заметим, что фитотерапия не устраняет причин возникновения неврозов и является лишь хорошим симптоматическим (устраняющим симптомы) средством. Традиционно в качестве успокоительных средств используются: корень валерианы, мята перечная (листья), хмель (шишки), пустырник (трава), сушеница (трава), боярышник (цветы), ромашка аптечная, плоды тмина. Благотворно влияют на нервную систему изюм, курага, мед.

О медолечении необходимо сказать несколько подробнее. Эффективность медолечения общеизвестна. Очень хорошие результаты дает оно при неврастении, нервном перенапряжении, после выполнения длительных и психологически трудных работ. Болгарский ученый Стоймир Младенов предлагает следующую схему медолечения: 100-120 г в сутки цветочного пчелиного меда в течение 2,5-3 педель. Утром и вечером следует принимать по 30 г меда, а после обеда – 40. Вечером надо разбавлять мед в стакане прохладной воды и пить его за полчаса до сна. Через 10-12 дней от начала лечения больные (или лица с предболезненными расстройствами), как правило, хорошо спят, у них появляется бодрость, возрастает работоспособность.

Нелишне напомнить и о пользе закаливания организма. Немаловажную роль в укреплении здоровья и психики играет посильный физический труд. Особенно это касается молодых людей. Ненатруженная плоть смущает душу раздражительностью, негожими помыслами. Помните, здоровье душевное и телесное – это дар Божий и относиться к нему следует бережно и со вниманием.

продолжение»