Сферы реальности и основные разделы философских учений

Сферы реальности и основные разделы философских учений

Рассмотрим теперь пути развития знания на основе конечных безусловных истин. Мы можем предположить, что помимо «Я» есть «не-Я», т.е. внешний мир. Доказать это невозможно, поэтому, если такое предположение принимается за основу, можно и далее строить систему знания. Например, мы можем предположить, что «не-Я» включает живую и неживую природу и т.д. Эти гипотетические знания подкрепляются нашими органами чувств, и мы составляем картину мира эмпирических объектов.

В целом в данном контексте мы ведем речь об эмпирическом уровне знаний человека. Если эти эмпирические знания становятся объектом интеллектуального созерцания, то в результате формируется рационально-эмпирическое знание, т.е. знание, которое мы называем научным. Если мы занимаемся чисто интеллектуальным созерцанием, то в результате может сформироваться чисто рациональное (априорное) знание. Такой областью является, например, математика.

Примечание. Существуют и другие точки зрения, например: математика — просто обобщение, идеализация эмпирических опытных знаний, хотя это и не осознается самими математиками. Думаю, остается спорным и вопрос: Философия — мать наук или математика — мать философии и бабушка наук?

Конечно, приведенное рассуждение чисто теоретическое, и здравомыслящий человек сразу установит для удобства своего миропонимания незыблемые постулаты наподобие: внешний мир есть, он дан нам в ощущениях, он познаваем и т.п.

Итак, в результате возникновения и формулирования проблем «Я», «не-Я» и «Я и Ты», «Я и Бог» в истории философии сформировались специальные направления:

учение о существовании как таковом, т.е. учение о бытии — онтология;

учение о конкретных вещах внешнего мира — натурфилософия;

учение о Высшем Разумном Начале, или Боге — теология;

учение о познаваемости мира — гносеология;

учение о человеческом знании — эпистемология;

учение о методах познания — методология;

учение о добре и зле и об отношениях «человек—человек», «человек—Бог» — этика (или практическая философия);

учение о чувственном восприятии мира, особенно переживания прекрасного, возвышенного, безобразного —эстетика;

учение о том, что существует за пределами мира явлений, за пределами возможного чувственного опыта, словом, знание о вещах, о которых мы знаем, что они существуют, но не можем их познавать на опыте традиционными эмпирико-рационалистскими научными средствами — метафизика.

Слово «метафизика» в истории философии претерпело немало переосмыслений. Как термин слово «метафизика», т.е. буквально — после физики — ввел в I в. до Р.Х. систематизатор трудов Аристотеля Андроник Родосский. По смыслу это слово было синонимом современному слову «философия». Сам Аристотель, его предшественники и последователи понимали под философией все формы рационального познания мира (то, что мы сейчас называем философией, естествознанием, гуманитарными и социальными науками), а то, что мы сейчас называем философией, он называл «первой философией». Можно сказать, что Аристотель равным образом выделил в особый раздел науки о живой и неживой природе, т.е. естествознание, и философию как «первую философию».

В средневековье метафизика и онтология имели практически один и тот же смысл, поскольку включали в свой предмет высшие начала мироздания. В Новое время метафизика и онтология приобрели различный смысл — онтология как учение о бытии, о мире в пределах и за пределами человеческого опыта, метафизика — как учение о бытии, о мире за пределами возможного опыта. В XVIII в. Кант отказал метафизике в статусе науки, в XIX в. Гегель слову «метафизика» придал смысл «антидиалектики». Гегелевский смысл метафизики как антидиалектики в XIX—XX вв. сохранился в странах Восточной Европы, где культивировалась ортодоксальная марксистско-ленинская философия. В разнообразных философских течениях позитивистской ориентации было провозглашено, что метафизика умерла как псевдоучение, не подтверждаемое эмпирически (не верифицируемое, не тестируемое). Все метафизические учения, т.е. учения о вещах за пределами возможного опыта, в некоторых работах позитивистской ориентации стали называться «иронической наукой».

Необходимо внести еще одно разъяснение смысла такого сложного и исторически изменчивого понятия, как «метафизика». Следует различать рациональную научно-философскую и мистическую фантастико-изотерическую метафизику. Рациональная метафизика строится на явно сформулированных основоположениях-постулатах как система в рамках канонов логико-философского дискурса. Мистическая метафизика строится как описание интуиции, видений, прозрений. Чаще всего такая метафизика по сути есть некритическая фантастическая метафизика, т.е. мистика не проникает в тайны природы, а выдумывает их, например, Беме, Сведенборг, Блаватская.

Можно сказать и так: философская метафизика есть своеобразный жанр рационализированного литературного творчества, в котором выражается романтическая устремленность человека к запредельному. Такой жанр имеет право на существование во все времена, пока жив человек, как и любовная лирика.

Здесь, касательно судеб метафизики как учения о вещах за пределами возможного опыта, следует внести дополнительные пояснения. Несмотря на мнение некоторых современных философов о том, что «метафизика умерла», нет оснований для изъятия метафизических вопросов философии из ее проблемного поля.

Карл Поппер отмечает, что различие между наукой и метафизикой лежит не в природе вещей, как полагают позитивисты, а это — вопрос конвенции. Не понимая этого, позитивисты, по мнению Поппера, «постоянно пытаются доказать, что метафизика по самой своей природе есть не что иное, как бессмысленная болтовня — "софистика и заблуждение", по выражению Юма, — которую правильнее всего было бы бросить в огонь». В качестве аргументированного отклика на эту распространенную в западной философии позицию приведем слова Поппера: «Если бы мы не вкладывали в слова "бессмысленный" и "не имеющий значения" иного смысла, чем согласно их (позитивистов. — В.К.) определению, "не принадлежащий к эмпирической науке", то их характеристика метафизики как бессмысленного нонсенса была бы тривиальной, поскольку метафизика обычно и определяется через ее "неэмпиричноетъ" (курсив наш.— В.К.)... Слова "не имеющий значения" и "бессмысленный" передают и предназначены именно для того, чтобы передать уничижительную оценку. Не подлежит сомнению тот факт, что вовсе не успешная демаркация науки и метафизики является действительной целью позитивистов. Они скорее стремятся упразднить и уничтожить метафизику».

Более того, для разумной постановки метафизических вопросов в философии есть много весомых оснований, их немало и в этой книге. Приведу не самый сильный аргумент, но поскольку и он вполне убедителен, можно предварительно ограничиться только им. Так, идеи атомистики возникли в античности, и такие вещи, как «атомы», были метафизическими объектами за пределами возможного опыта до XX в. Даже атомистическое учение Дальтона, сформировавшееся только в XIX в., было всего лишь гипотезой и основывалось на косвенных научных фактах — целочисленности соотношений веса реагентов и продуктов химических реакций. Даже в конце XIX в. выдающийся физико-химик В.Оствальд считал химическую атомистику излишней гипотезой. Атомистическое строение микромира было достаточно обосновано, чтобы стать общепризнанным, только в XX в. По аналогии с этим вполне разумно утверждать, что не разрешимые на протяжении известной нам истории человечества метафизические философские проблемы не могут быть изъяты из проблемного поля философии только на том основании, что до настоящего времени они неразрешимы.