Пути избавления от тягот несчастья

Пути избавления от тягот несчастья

"Горные вершины

Спят во тьме ночной,

Тихие долины

Полны свежей мглой.

Не пылит дорога,

Не дрожат листы...

Подожди немного

Отдохнешь и ты!"

Гете (перевод Лермонтова)

Наиболее древний и проверенный путь, предложенный античными стоиками, - аскетизм (буквально - тренировка). Согласно их учению в мире царствует необходимость, задаваемая Логосом, и человек не может избежать превратностей неумолимой судьбы, но путем аскезы может духовно возвыситься над ними. "Amor fati" - любовь к судьбе, к року - известное выражение стоиков, которое было принято Ф. Ницше в отношении сверхчеловека, принимающего судьбу радостно и достойно.

Я думаю, учение стоиков может быть преобразовано в простую максиму: человек может говорить, что у него все хорошо, когда он не потерял стойкости к превратностям жизни и то, что называют присутствием духа, хотя при этом он и завален жизненными проблемами.

Другой путь - отшельничество, т.е. уход от мира людей с его суетными проблемами. Такое отшельничество может быть как физическим, например, уход в пустыни, обители, кельи, так и внутренним, например, уход в самого себя (внутренняя эмиграция). Решение вышеназванных проблем тесно связано с такими понятиями, как "апатия" (свобода от чувств), "автаркия" (свобода от власти над нами чего-либо), "атараксия" (спокойствие душевно-духовного состояния).

Наше ощущение несчастья в целом будет меньше, если мы будем переживать события, зависящие от нас, и равнодушно относиться к обстоятельствам, которые сильнее нас. Вместе с этим, если мы будем строить наши ожидания в соответствии с нашими возможностями, мы будем застрахованы от многих разочарований. Сказанное по сути есть мягкий вариант стоицизма, т.е. мы не считаем, что все предопределено в мире, но считаем, что на многое в мире мы повлиять не можем.

Такой подход был принят, например, Р. Декартом, который в "Рассуждении о методе" описал несколько правил морали. Третье из них следующее: "Моим третьим правилом было стремиться всегда побеждать скорее себя, чем судьбу, и менять скорее свои желания чем порядок мира, и вообще приучать себя к мысли, что нет ничего такого, что было бы целиком в нашей власти, кроме наших мыслей, так что после того, как мы сделали все, что могли в отношении внешних для нас вещей, все то, что нам не удалось, является для нас уже абсолютно невозможным. Одного этого казалось мне достаточно, чтобы помешать мне в будущем желать чего-либо недостижимого для меня и таким образом сделать меня довольным, ибо наша воля, естественно, стремится желать того, что, по нашему разумению так или иначе возможно" [Декарт, 1950а, с.277-278].

Далее Декарт выделяет важную мысль, которая по сути есть принцип аскетизма: "... необходимо долгое упражнение и неоднократно повторяемое размышление, чтобы привыкнуть рассматривать все вещи под таким углом зрения, и я думаю, что главным образом в этом заключается тайна тех философов, которым удавалось некогда выйти из-под власти судьбы и, несмотря на страдания и бедность, состязаться в блаженстве с богами" [Декарт, 1950а, с.278].

Мы многое понимаем, но не все делаем принципами нашей жизни.Так, как этому учат аскеты, это так трудно. Сказанное Декартом (и многими до него и после него) не вызывает возражений, но непросто человеку вычеркнуть из поля переживаний неприятности, хотя они произошли в силу обстоятельств, которые сильнее его.

К сказанному о путях преодоления тягот несчастья надо заметить, что всегда действен и древний вариант философии доступного счастья - эпикуреизм. Это философия разумного эвдемонизма, философия, которая учит видеть и ценить малое счастье, философия умения жить незаметно и радоваться доступным благоприятным явлениям и состояниям: солнцу, красивым видам природы, покою, отдыху и т.п.

Один из вариантов ухода от жизненных невзгод - изгнание их из своего сознания и соответственно сферы переживаний путем вытеснения отягчающих мыслей и переживаний вымышленными образами, т.е. фантазиями. Например, у Ницше позиция которого в целом близка стоицизму, но в ней есть и идеи не только трезвого осознанного стоицизма, но и идеи спасительной неправды и самообмана. В работе "Рождение трагедии из духа музыки" Ницше так интерпретирует образ Аполлона: "...возвышенным жестом он указует нам на необходимость всего этого мира мук, дабы под давлением его каждая отдельная личность стремилась к созданию спасительного видения и затем, погруженная в созерцание его, спокойно держалась бы средь моря на своем шатком челне" [Ницше, 1990г, с.69-70].

Я думаю, что каждому человеку свойствен определенный уровень забот, тревог, страхов, радостей, веселья. Этот уровень мало зависит от обстоятельств жизни, если исключить трагические моменты. Наша душа похожа на резервуар сложной конфигурации, каждая емкость которого всегда заполняется. Если, например, емкость нашей тревожности велика, то мы будем находиться в состоянии тревоги от любых обстоятельств: от вымышленных ожиданий худшего, когда все хорошо, до переживания реально грозящих опасностей в связи с конкретными обстоятельствами жизни. То же самое можно сказать о состоянии радости и всех других душевных состояниях. Если осознать сказанное и принять его как принцип, то нам станет в определенной степени легче переносить страхи и тревоги и культивировать спокойствие.

В русском народе говорят: "Не родись красивым, а родись счастливым". Уверен, что больше здесь подразумевается характер человека, его отношение к жизни и в меньшей степени то, что называется судьбой и везением. При разных жизненных обстоятельствах не только материально-физических, но и субъективно-психологических, диапазон душевного отношения к ним у каждого человека невелик. Если один человек печалится о серьезном, то почти на том же уровне, когда нет серьезного, он печалится о незначительном.

Замечу также, что каждый человек проживает жизнь с приобретениями и потерями, преданностью и изменами, взлетами и падениями. Но каждый человек переживает все это по-разному так как видит мир прежде всего через призму своих душевных особенностей. Поэтому хорошие люди видят в мире больше хороших людей умные - больше умных, чем глупых. Понаблюдайте за известными вам людьми и вы убедитесь, что для вороватых людей - кругом воры, для скупцов - скупцы, для честолюбцев - честолюбцы для интриганов - интриганы. Словом, мир в нашем восприятии станет много лучше, если мы сами станем лучше. Важно, что и дальше мир будет меняться к лучшему не только в нашем восприятии, поскольку, если мы станем лучше, то и наше окружение тоже Здесь мы приходим к известной и прекрасной мысли преподобного Серафима Саровского о том, что если мы спасаемся сами, то вокруг нас спасаются тысячи.