Философия как универсальная методология науки

Философия как универсальная методология науки

Полезность философско-методологических знаний для развития специальных, естественных, гуманитарных и общественных наук хотя и часто оспаривается позитивистски ориентированными специалистами, все же бесспорна.

На первый взгляд разнообразие несовместимых философских систем и концепций действительно может привести к заключению о непродуктивности философских знаний, что выраженно в известном понятии "скандал в философии". Думаю, такой вывод принципиально ошибочен.

Можно выделить две сферы методологической значимости философии для человеческого познания мира: сфера конкретных наук и сфера "школы высшего творчества".

Сфера конкретных наук образуется при нисхождении философии в область конкретного научного знания и разработки в результате происшедшего взаимодействия науки и философии общих принципов научного познания. Сейчас мы знаем о принципах историзма, редукции, целостности, контрредукции, соответствия, дополнительности, моделирования и аналогии, пролиферации научных теорий, фальсификации, идеализации, преодоления парадигмальности (о содержании и сферах функционирования этих принципов см. |Курашов, 1998]). Никто не оспорит того, что эти принципы полезны как для самосознания науки, так и для повышения ее познавательной эффективности через совершенствование осознанных методов. Спорить можно только о сферах применимости данных принципов.

Утверждение о важности методологических функций философии для других более конкретных наук доказывается на эмпирическом уровне тем очевидным фактом, что почти все виднейшие ученые: Галилей, Декарт, Бэкон, Бойль, Лейбниц, Ньютон, Лавуазье, Ломоносов, Менделеев, Мах, Бор, Пуанкаре, Эйнштейн, Гейзенберг, Шредингер, Вернадский, Рассел и т.д. - склонялись к философствованию при общем взгляде на проблемы своей исследовательской области.

Скажу теперь конкретно о методологической значимости философии как "школы высшего творчества". Как высшая игра ума философия делает прорыв к решению неразрешимых или трудноразрешимых проблем, она опирается на предельно общие и в силу этого неопределимые понятия, она гипотезирует высшие гипотезы при построении своих систем. В саркастической форме эта сторона философии выпукло показана у Ницше, который считал, что большинство философов - "пронырливые адвокаты своих предрассудков", что они отличаются "любовью к своей мудрости" [Ницше, 1990в, с.244], что "философы постоянно заполняют некую краеугольную схему возможных философий. Замечания Ницше верны по сути, но неверны по тону и оценкам значимости философских систем.

Ценность философских систем не столько в степени их истинности (кто это точно оценит?), сколько в искусстве построения связных систем из наиболее общих понятий, смыслы которых находятся вне поля зрения специальных наук.

Другими словами, философия занимается гипотезированием высших гипотез. На этом уровне философия разрабатывает разнообразные формы системно оформленных знаний. Здесь философия выступает как высшее искусство и наука по построению сложнейших упорядоченных систем знаний. Такое искусство, или архитектоника, и его создания: философские системы с разнообразными системообразующими связями, воспринимаемые в других областях знания, являются главным фактором значимости философии как фундаментальной общенаучной методологии для всех сфер человеческого познания мира.

Искусство и методы построения сверхсложных понятийно-концептуальных систем, развивающихся в сфере философской мысли, осознанно или неосознанно заимствуются частными науками для построения своих, менее общих и более простых систем. Героический дух прорыва к высшему, искусство построения сложнейших понятийных систем влияют на всю духовную культуру человечества, в том числе и науку.