Итоги постижения истины в “Рассудочной Философии”: Критическая философия Канта

Итоги постижения истины в “Рассудочной Философии”: Критическая философия Канта

Перейдем к вопросу познаваемости мира в научно-философских концепциях, где не принимается (не постулируется, не предполагается) тождество Слова, мышления и бытия, но при этом утверждается существование объективного мира вне и независимо от человеческого сознания. В такого рода философско-мировоззренческих системах вопрос об истине остается проблематичным даже после принятия на веру исходных концепций и постулатов. К системам, подпадающим под такие признаки, относятся философская система И. Канта, с одной стороны, и материалистическая философия - с другой.

Учение Канта, как известно, материалистично в том смысле (это отмечал и сам Кант), что оно признает существование вне и независимо от человеческого сознания внешних объектов - "вещей в себе". В то же время Кант склонен был выделять в качестве основного классифицирующего термина своей системы термин "критика", "критический", откуда и названия его основных работ.

Одна из существенных особенностей философии Канта - предстановление о том, что бытие не является свойством вещи. Понятие "бытие", по Канту, - это общезначимый способ связи наших понятий и суждений, или, другими словами, бытие - часть суждения о вещи, не являющаяся ее предикатом. Другая сторона учения Канта -представления о вещи в себе, существующей вне и независимо от человеческого сознания (в этом смысле вещь в себе может пониматься и как материальный, и как идеальный объект, но обязательно находящийся вне сознания и не тождественный мышлению или Слову, как это имело место в линии: Платон, христианство, Декарт и т.д.). Наконец, центральным является положение Канта о том, что новое знание является результатом опыта, но не в смысле индуктивного обобщения явлений, воспринимаемых в опыте, а в смысле конструирования в разуме синтетических суждения a priori в процессе опыта. Именно такие суждения обогащают, по Канту, человеческое знание, делают его общезначимым (интерсубъекгивным), а отсюда и объективным (объективное знание, по Канту, не есть знание об объекте самом по себе, не зависящем от человеческого познания, а есть именно общезначимое знание).

На вопрос о возможности постижения человеком конечных Истин (а не просто получения интерсубъективного знания, соответствующего общечеловеческим "формам чувственности" в синтетических суждениях a priori) учение Канта отвечает скептически: при попытках разрешения человеком наиболее общих проблем человеческое знание не может выйти из противоречий - антиномий, то есть равно обоснованных (и равно не обоснованных) противоречивых утверждений в отношении одного и того же предмета,

Мы думаем, в основном скептическом выводе Кант прав: он не взялся за спекуляции и введение дополнительных посылок, в которых волюнтаристски преодолевалась бы неразрешимая проблема получения человеком абсолютных критериев истинности человеческого познания мира. Отсюда можно сделать вывод, что главное значение философии Канта в отношении проблемы Истины не в новизне постановки и решения проблемы, а в ясной и недвусмысленной ее постановке заново.

Постановка Кантом проблемы возможностей и границ человеческого познания - постановка старой проблемы, но в период, когда на протяжении двух тысячелетий философы склонны были решать эту проблему преимущественно принятием на веру исходных принципов, из которых можно было вывести утверждение о путях получения знания с элементами истины. Однако эта старая проблема была Кантом конкретизирована, в частности, при критике метафизики и при характеристике антиномий, в которые впадает разум при попытке осознать, познать наиболее общие вопросы мироустройства.

Кант оригинален здесь тем, что в духе традиций "уважающих себя" философов он предложил свой вариант источника человеческих знаний (правда, без претензии на то, что эти знания могут сколь-нибудь приблизиться к конечным метафизическим Истинам бытия и мироздания). Высшая по своему предмету часть философского знания, претендующая на постижение конечных Истин, по Канту, не может быть наукой. Для обоснования природы человеческого Кант развил представления об априорных "формах чувственности " и "синтетических суждениях a priori". Синтетические суждения а priori, по Канту, и являются основой формирования нового человеческого знания, не претендующего, однако, на постижение метафизических сущностей и природных вещей в себе. Характерны следующие слова Канта: "Развитое во всем этом отделе главное положение, что высшее законодательство природы должно находиться в нас самих, то есть в нашем рассудке..." [Кант, 1993, с. 105-106]. А также "...рассудок не дочерпывает свои законы (a priori) из природы, а предписывает их ей" [Кант, 1993, с.107]. Другими словами, по Канту, конечное человеческое знание ограничено синтетическими служениями a priori, это знание не может претендовать на "корреспонденцию" вещей в себе, внешнего мира, но может претендовать на познание природы, которую Кант понимал как совокупность явлений, данных человеку в опыте.

Стоит обсудить весьма интересный вопрос: «Почему Кант занимает первое место по цитируемости в философских работах?» Без всякого индекса цитируемости - это видно и "невооруженным глазом" - в любом философском издании всегда есть ссылки на Канта и далеко не всегда и не часто - на других философов. Я полагаю, что этот феномен связан не столько со значимостью положительной части его учения (о формах чувственности, вещи в себе, опыте и синтетических суждениях a priori), сколько с собственно "Критикой чистого разума", то есть с его акцентированной, яркой, своеобразной научно-философской постановкой о возможностях и границах человеческого познания мира. Как известно, сам Кант видел предельные ограничения человеческого познания при попытках постижения Истины в отношении наиболее общих проблем мироустройства: антиномии разума в сфере проблем начала и конца мира, свободы и необходимости, простоты и бесконечной сложности объектов мироздания и др. Рассмотрим варианты решений проблемы Истины в философких учениях, в которых, как и у Канта, допускается существование мира вещей вне человеческого сознания, но в которых "вещи сами по себе" познаваемы и становятся "'вещами для нас", как только они попадают в сферу человеческой познавательной деятельности. То есть речь идет о различных материалистических учениях, в которых утверждается возможность постижения конечных Истин.