Глава 1. Сходства и различия естествознания и технологии

В течение XIX—ХХ вв. многие мыслители высказывались относительно природы технологии и техники, но, как всегда бывает при попытках осмысления сложного объекта, интерпретаций предложено столько, сколько возможно дополнительных и противоречивых точек зрения.

Это и самореализация человека через преобразование природы (Маркс), и проекция органов человека (Капп), и проявление человеческой воли и стремления к творчеству (Энгельмейер), и проект, имманентный всякому человеку в антропологическом подходе Ортеги-и-Гассета, и “вызов” природе в бытийном подходе Хайдеггера, и условие реального бытия идей (Дессауэр), и реализация духовно-интеллектуальных стремлений человека (Мэмфорд), и форма “материальной свободы” (Чиммер), и форма “идеологии” для узаконивания экономических структур позднего капитализма (Хабермас) и др. (см.: [Митчем, 1995; Ленк, 1996]).

Прежде чем высказать свою точку зрения, договоримся о словах. Понятия “техника” и “технология” в русском научном языке вполне разделяемы, что труднее сделать для английского языка, где в ходу только один обобщенный термин “технология” (technology).

Лучше всего ввести терминологические дефиниции: техника — это результат, или артефакт, а технология — это метод создания артефактов и учение о нем. Здесь видна прямая аналогия с естествознанием, в котором знание — это результат, а методология науки — это метод познания и учение о нем.

В обеих данных отраслях человеческой деятельности метод непреходящ, он только обогащается, расширяется, дополняется, результат же часто принципиально пересматривается. Действительно, естественнонаучные знания в той или иной области могут модифицироваться и дополняться, причем согласно принципу соответствия старые знания в данной научной области входят в новые знания как их предельный или частный случай. При этом, несмотря на преемственность, научные знания изменчивы. Технические устройства и вообще продукты технологии также могут модифицироваться и заменяться лучшими образцами, а затем уходить в историю. В то же время общие методы научного познания и принципы технологии сохраняются, совершенствуются и приумножаются (поэтому название “технологический” более подходит для высшего учебного заведения, чем имя “технический”).

Кроме того, если в машиностроении, приборостроении и т.п. легко развести понятия “технология” и “техника”, то, например, в химической технологии целевой продукт может существовать точно таким же, как и в природе. В этом случае артефактом является только сама химическая технология. продукт же в данном случае является артефактом только в технологическом отношении, но не в субстанциональном. Более того, результатом некоторых химических технологий и биотехнологий является не какой-либо потребительский материальный продукт, а социально значимый результат (например, незагрязненная промышленными отходами биосфера как результат процессов в химических и биоочистных системах).

Технология не есть результат практических приложений естествознания, а естествознание не есть результат практических приложений технологии.

И то и другое имеет место, но обе области автономны. Достаточно напомнить, что технология и техника появились значительно раньше естествознания (со времени зарождения цивилизации), следовательно, они могли существовать независимо от естествознания. Какая область во взаимосвязях двух названных областей знания является прикладной? — вопрос не чисто методологический, а в большей степени субъективно-психологический. Другими словами, взаимодействие естествознания и технологии не дает оснований для конкретных заключений о том, которая из этих двух областей является прикладной в отношении к другой.

И актуально, и исторически технология и естествознание развивались в результате не простых, но обоюдных процессов передачи знания и проблем.

Здесь достаточно указать на достижения в области техники и технологии в Средневековье: получение сплавов металлов, красителей и мастик; создание и усовершенствование водяных и ветряных мельниц, компаса, печатного станка, специальных печей с самоподдувом; разработка технологий очистки металлов, разделения веществ перегонкой; создание и усовершенствование техники в области строительства зданий, морских судов. Считаю, что, скорее всего, техника развивалась в западной культуре непрерывно и поступательно. Что же касается Средневековья, то могу сказать на основании собственного осмысления истории науки и техники, что в этот период была мертва именно наука (в силу абсолютного авторитета Аристотеля), но были живы религиозная философия, или схоластика (где развивались по крайней мере логика, герменевтика и диалектика) и техника. На мой взгляд, в истории техники в эпоху Возрождения не произошло качественного скачка, по сравнению с историей средневековой техники.

Достаточно также вспомнить, что термодинамика исторически развивалась как термодинамика тепловых машин, т.е. как техническая термодинамика; проблемы передачи информации телеграфом во многом обусловили становление теории информации, а сам телеграф как техническое устройство обусловлен развитием физики электричества. Современная биотехнология и генная инженерия развивались совместно и представляют собой область органичного синтеза технологии и естествознания. Можно даже сказать, что Д.И.Менделеев окончательно пришел к открытию периодического закона химических элементов при работе над проблемой, которую мы бы отнесли к “технологии образования”, — при организации и систематизации материала во время написания учебника “Основы химии”.

Естествознание развивается не для того, чтобы “обслуживать” технологию. Методология, теория, эксперимент и собственно знание в естествознании находят приложения в первую очередь для познания тех же естественных объектов в той же предметной области, но на новом уровне или в более широком предметном ракурсе. Технология и техническое творчество также не всегда опираются на естественнонаучные знания. Если, например, в отношении к соответствующему предмету технологии естественнонаучные знания отсутствуют, то в этом случае технология совершает “туннельный переход” через барьер естественнонаучного незнания благодаря своим теоретическим установкам, эмпирическим и интуиционистским методам — в этом она и сродни искусству.

полезно отметить, что технология и искусство в современном смысле этих слов разделились, но это окончательно произошло не так давно. Напомню здесь слова М.В.Ломоносова в его лекции “Слово о пользе химии”: “Учением приобретенные познания разделяются на науки и художества. Науки подают ясное о вещах понятие и открывают потаенное действие и свойств причины; художества к приумножению человеческой пользы оные употребляют. Науки довольствуют врожденное и вкорененное в нас любопытство; художества снисканием прибытка увеселяют. Науки художествам путь открывают; художества происхождение наук ускоряют. Обои общею пользою согласно служат”. Судя по контексту лекции, Ломоносов относил к “художествам” все сферы по созданию искусственных объектов как материально-практических, так и духовно-эстетических. Это понятно из его слов: “Между художествами первое место ... имеет металлургия, которая учит находить и очищать металлы и другие минералы. ...Ибо металлы подают укрепление и красоту важнейшим вещам в обществе потребным. Ими украшают храмы Божии и блистают монаршеские престолы, или защищаются от нападения неприятельского, или утверждаются корабли и, силою их связаны, между бурными вихрями в морской пучине плавают” [Ломоносов, 1950, с. 80].

В отношении к вопросу обоснования истинности знания естествознание принципиально отличается от технологии. В естествознании сущность объекта познается только в известной степени. В технологии сущность как осознанная идея предшествует целевому объекту, и, когда он сотворен, она присутствует в нем.

Таким образом, проблему истинного знания в технологии имеет смысл рассматривать в отношении к исходной идее или к конечному результату. Что же касается метода, т.е. собственно технологии, то он может быть неистинным в строгом смысле, но истинен прагматически — в связке “идея — метод (технология) — результат”.