Воскресение Христово

Воскресение Христово*

Воскресение Христово, или Пасха, не входит в число двенадцати (двунадесяти) главных праздников Церкви. "Она у нас, - говорит Святитель Григорий Богослов, - праздников Праздник и Торжество торжеств, столько же превосходит все торжества не только человеческие и земные, но даже Христовы и для Христа совершаемые, сколько солнце превосходит звезды"1. Этот величайший Праздник Церкви выделяется из всех праздников, как высшее проявление всемогущества Христова, утверждение веры и залог нашего воскресения. "Если Христос не воскрес, то вера ваша тщетна", - говорит апостол Павел (1 Кор. 15, 17).

Христианская иконография знает несколько изображений Воскресения Христова. В первохристианскую эпоху оно изображалось через свой ветхозаветный прообраз - пророка Иону, выбрасываемого из чрева китова2. Однако уже очень рано появляется основанная на евангельском повествовании историческая тема Воскресения Христова - явление ангела женам-мироносицам у гроба. По некоторым данным, она существовала уже в III веке (храм в Дура Европос, 232 г.)3.

Жены-мироносицы у Гроба Господня

Следующая по времени композиция Воскресения Христова - Сошествие во ад (см. 3-ю стр. обложки. - Прим. ред.). Древнейшее известное изображение его от VI в. находится на одной из колонн кивория собора святого Марка в Венеции. Эти две последние композиции и являются в Православной Церкви праздничными иконами Пасхи. В традиционной православной иконописи никогда не изображался самый момент Воскресения Христова. В противоположность воскрешению Лазаря Евангелие и церковное Предание умалчивают об этом моменте, не говорят, как воскрес Господь. Не показывает этого и икона4. Это умолчание со всей очевидностью раскрывает разницу, которая существует между этими двумя событиями. В то время как чудо воскрешения Лазаря было доступно всякому, Воскресение Христово было не доступно никакому восприятию. В 6-й песни пасхального канона Церковью проводится определенная параллель между Воскресением Христовым и Его Рождеством. "Сохранив цела знамения, Христе, воскресл еси от гроба, ключи Девы невредивый в рождестве Твоем, и отверзл еси нам райския двери". Как и рождество от Девы, Воскресение Христово прославляется здесь, как непостижимая тайна, не доступная никакому исследованию. "Не только не был отвален камень (от гроба), но и печати, на нем лежавшие, не были тронуты, когда совершилось Воскресение Христово" и "жизнь из Гроба возсияла" еще "запечатану Гробу". Воскресший вышел из гроба так же, как вошел к апостолам - "дверем заключенным", не открывая их; вышел из гроба без каких-либо внешних признаков, которые мог бы заметить посторонний наблюдатель"5. Непостижимость для человеческого ума этого события, а следовательно, и невозможность его изобразить и есть причина отсутствия изображения самого Воскресения. Поэтому в православной иконографии, как мы сказали, и существуют два изображения, соответствующие смыслу этого события и дополняющие одно другое. Одно - изображение условно-символическое. Оно передает момент, предваряющий Воскресение Христово во плоти, - сошествие во ад. Другое - момент после Воскресения плоти Христовой - историческое посещение женами-мироносицами Гроба Господня.

* * *

В учении Церкви сошествие во ад неотъемлемо от искупления. Поскольку Адам умер, то и истощание Спасителя, воспринявшего его природу, должно было дойти до той же глубины, куда сошел и Адам. Другими словами, сошествие во ад представляет собой предел уничижения Христа и в то же время начало Его славы. Хотя евангелисты ничего не говорят об этом таинственном событии, о нем благовествует апостол Петр как в богооткровенном слове в день Пятидесятницы (Деян. 2, 14-38), так и в третьей главе своего Первого послания (1 Пет. 3, 19): "...и сущим в темнице духовом сошед проповеда". Победа Христа над адом, освобождение Адама и ветхзаветных праведников, будучи главной темой службы Великой Субботы, проходит через все пасхальное богослужение и неотделимо от прославления Воскресшего во плоти Христа. Эта тема как бы переплетается с темой Воскресения: "Снизшел еси в преисподняя земли и сокрушил еси вереи вечныя, содержащия связанныя, Христе, и тридневен, яко от кита Иона, воскресл еси от Гроба"6.

Следуя богослужебным текстам, икона Сошествия во ад передает духовную, потустороннюю сущность Воскресения - пребывание Господа душой во аде, раскрывает цель и последствия этого пребывания. В соответствии со смыслом события действие на иконе происходит как бы в самых недрах земли, во аде, который представлен в виде зияющей черной бездны. В центре иконы - резко выделяющийся Своим положением и красками от всего остального Спаситель. Автор пасхального канона преподобный Иоанн Дамаскин говорит: "Хотя Христос и умер, как человек, и святая душа Его разлучилась с пречистым телом, однако Божество Его осталось неразлучным с обоими - я разумею как душу, так и тело"7. Поэтому в аде Он появляется не как пленник его, а как Победитель, Освободитель заключенных в нем, не в рабием зраке, а как Начальник жизни. На иконе Он изображается в сияющем ореоле, символе славы, обычно разных оттенков синего цвета, часто по внешней стороне усеянном звездами и пронизанном исходящими от Него лучами. Одежда Его уже не та, в которой Он изображается в период Своего земного служения: она золотисто-желтого цвета и вся светится, разделенная тонкими золотыми лучами - ассистом. Мрак ада наполняется светом этих Божественных лучей, сиянием славы сошедшего в него Богочеловека. Это уже свет грядущего Воскресения, лучи и заря наступающей Пасхи. Спаситель попирает ногами две сложенные крест-накрест створки - сокрушенные врата ада. На многих иконах под ними в черной бездне видна поверженная отвратительная фигура князя тьмы - сатаны. На более поздних иконах здесь же множество различных деталей: разрушенные силы ада - разорванные цепи, которыми ангелы, в свою очередь, связывают сатану, ключи, гвозди и т. д. В левой руке Христос держит свиток - символ проповеди Воскресения во аде согласно со свидетельством апостола Петра. Иногда вместо свитка Он держит Крест, уже не позорное орудие казни, а символ победы над смертью. Расторгнув Своим всемогуществом узы ада, Христос правой рукой воздвигает из гроба Адама (вслед за которым встает с молитвенно сложенными руками и праматерь Ева), то есть освобождает душу Адама, а вместе с ним и души людей, которые с верой ожидали Его пришествия. Поэтому по сторонам изображаются две группы ветхозаветных праведников с пророками во главе. С левой стороны - цари Давид и Соломон в царских одеждах и коронах и за ними - Иоанн Предтеча, с правой - Моисей со скрижалями в руках. Видя сошедшего во ад Спасителя, они сразу узнают Его и указывают другим на Того, о Ком они пророчествовали, Кого предвозвещали8.

Сошествием во ад Христос сделал последний шаг на пути Своего истощания. Именно тем, что Он "снизшел в преисподняя земли", Он открыл нам доступ к Небу. Освободив ветхого Адама, а с ним и все человечество от порабощения тому, что воплощает в себе грех, тьму и смерть, Он положил начало новой жизни для тех, кто объединился со Христом в новое, возрожденное человечество. Духовное воздвижение Адама на иконе Сошествия во ад изображается как образ нашего общего грядущего воскресения телесного, начатком которого явилось Воскресение Христово. Поэтому, хотя эта икона и передает сущность события Великой Субботы и выносится для поклонения в этот день, она и является, и именуется иконой пасхальной, как образ уже наступающего торжества Воскресения Христова, а следовательно, и предварения будущего воскресения мертвых.

* * *

"...Освободив тех, кои от века были связаны, Христос снова возвратился из среды мертвых, проложив и нам путь к воскресению", - говорит святой Иоанн Дамаскин9. Это возвращение из среды мертвых, непостижимую тайну Воскресения Христова, икона "Жены-мироносицы у Гроба" передает так же, как и Евангелие, то есть показывает то, что видели находившиеся у гроба. Евангелие от Матфея, описывая Воскресение Христово, дает понять, что пришедшие ко гробу мироносицы были свидетельницами землетрясения, сошествия ангела, отвалившего камень от двери гроба, и ужаса стражи (Мф. 28, 1-4). Но ни они, ни тем более стерегущие воины свидетелями самого Воскресения Христова не были. По Евангелию, сошедший ангел отвалил камень от двери гроба не для того, чтобы дать возможность Воскресшему Господу выйти из него, как это нужно было для воскрешения Лазаря, "а, наоборот, чтобы показать, что Его уже нет во гробе (что гроб пуст - "несть зде, возста бо", и чтобы дать ищущим "Иисуса Распятого" возможность своими глазами удостовериться в пустоте гроба, взглянув на место "идеже лежа Господь". Значит, Воскресение уже совершилось раньше сошествия ангела и раньше, чем отвален был камень, - совершилось не доступное никакому взору и непостижимое"10. Согласно евангельскому повествованию, на иконах изображается погребальная пещера, в которой находится пустой гроб с лежащими в нем пеленами. Около него стоит группа жен-мироносиц, и на камне рядом сидят один или два ангела в белых одеждах, указывающие мироносицам на место, где лежало тело Иисуса. Композиция этой иконы обычно отличается простотой и, можно было бы сказать, обыденностью, если бы не крылатые фигуры ангелов в белоснежных одеждах, которые придают иконе выражение суровой и спокойной торжественности11. Как известно, евангелисты по-разному говорят как о количестве жен-мироносиц, так и о количестве ангелов. Поэтому в зависимости от евангельского повествования, на котором основывается композиция, меняется и их число на иконе. Эти различия отнюдь не являются противоречием. Отцы Церкви, как, например, святой Григорий Нисский и святой Григорий Палама, считают, что жены-мироносицы приходили ко гробу несколько раз и число их каждый раз было разное, что каждый из евангелистов говорит только об одном из этих посещений. В Евангелии от Луки число их вообще не указано. На этом основании на некоторых изображениях число жен доходит до пяти, шести и даже более. Но все же на большинстве изображений число их не выходит из рамок повествований Матфея и Марка, то есть изображаются две жены, по первому, и три, по второму из этих евангелистов. Ангелы также изображаются или один, по Евангелиям от Матфея и Марка, или два, по Евангелиям от Луки и Иоанна, - "единаго у главы, и единаго у ногу, идеже бе лежало тело Иисусово" (Ин. 20, 12). Вообще эта пасхальная икона, передавая свидетельство о совершившемся уже Воскресении, представляет собой точное воспроизведение евангельских повествований, вплоть до деталей: "Ризы едины лежащя и сударь, иже бе на главе Его, не с ризами лежащь, но особь, свит, на единем месте" (Ин. 20, 6-7). Этой деталью, на первый взгляд незначительной, подчеркивается вся непостижимость происшедшего события. Именно глядя на пелены, "другий ученик... виде и верова" (Ин. 20, 8). Ибо то, что они остались в том виде, в каком облекали тело Погребенного, то есть связанными, было непреложным свидетельством того, что заключавшееся в них тело не было унесено (Мф. 28, 13), но непостижимым образом покинуло их.

Воскресение Христово произошло в утро после седьмого дня - субботы, то есть в начале первого дня недели. Поэтому первый день недели и празднуется христианским миром как начало новой, воссиявшей из Гроба жизни12. У первых христиан этот день называется не первым, а восьмым13 "потому, что он есть первый из числа последующих за ним и восьмой в числе предшествующих ему - день из высоких высокий"14. Он служит не только воспоминанием дня, в который произошло исторически Воскресение Христово, но и началом и образом грядущей вечной жизни для обновления твари, того, что Церковь называет восьмым днем творения. Ибо, как первый день творения явился начатком дней во времени, так и день Воскресения Христова является начатком жизни вне времени, то есть указанием на тайну будущего века, Царства Духа Святаго, где "Бог всяческая во всех".

Л. УСПЕНСКИЙ

Примечания:

* Печатается по: Журнал Московской Патриархии. 1956. № 5.

1 Святитель Григорий Богослов. Слово 45, на Пасху // Творения. Т. 1. СПб. C. 662 (PG, 36, col. 624 ВС).

2 Это изображение встречается в римских катакомбах начиная со II века, как, например, в катакомбах Прискиллы и Каллиста.

3 Weissmann K. Byzantine Art and Scholarship in America // American Journal of Archaeology. 1947. Vol. LI. № 4.

4 Тема воскресающего Христа, хотя и византийского происхождения, в древней православной иконописи встречается только в иллюстрациях, и то крайне редко, как, например, в иллюстрированной греками Хлудовской Псалтири IX в. (иллюстрация к словам псал. 9, ст. 33: "Возстани, Господи, Боже мой, да вознесется рука Твоя..."). В русской иконографии она появилась в начале упадка в конце XVI века под влиянием западного религиозного искусства, в котором получила широкое распространение начиная с эпохи Возрождения. Следует отметить, что сходство иллюстрации Хлудовской Псалтири с западными изображениями является лишь идейным, но не формальным. Что же касается русских иконописцев, то они, очевидно, с трудом решились на открытое противоречие с евангельскими текстами. Изображения эти за редкими исключениями носят более скромный характер, чем в религиозном искусстве. Спаситель изображается традиционно, в тех же одеждах, что и в Сошествии во ад. Воины или отсутствуют, или изображаются спящими. Тема эта встречается чаще всего на сложных пасхальных иконах, состоящих из серии изображений, относящихся к Воскресению, или же этот сюжет изображается на одной доске с Сошествием во ад, но в стороне, как дополнительный.

5 Митрополит Сергий. Воскресение Христово в отличие от воскресения Лазаря. М., 1933.

6 Ирмос 6-й песни Пасхального канона.

7 Точное изложение православной веры. Кн. 3. Гл. 27 (РG, 94, col. 1097 А).

8 Замечательное описание этой сцены находится в апокрифическом Евангелии Никодима.

9 Точное изложение православной веры. Кн. 3. Гл. 29 (PG, 34, col. 1101 A).

10 Митрополит Сергий. Указ. соч.

11 Позже, в XVII веке, к этой композиции прибавляется, сливаясь с ней, другая, тоже древняя композиция - явление Христа Марии Магдалине. Это прибавление, очевидно, связано с появлением западных изображений Воскресающего Христа. Отвечая потребности видеть Воскресшего Господа, иконописцы находят возможность изобразить Его на иконе, не входя в противоречие с евангельским повествованием. Таким образом, в одной композици изображаются два момента. Жены-мироносицы, находящиеся ближе ко гробу, слушают слова ангела, в то время как Мария Магдалина оглядывается и видит Господа, Который помещается в центре иконы, среди горок, причем, в связи с тем что Мария Магдалина приняла Его за обыкновенного человека, садовника, Его прославленное состояние ничем не отмечается и Он изображается в Своих обычных одеждах до Воскресения.

12 По-русски этот день называется воскресеньем.

13 Тертуллиан. Об идолопоклонстве. Гл. 14 (РL, I, col. 682-683).

14 Св. Григорий Богослов. Слово 44, на Неделю новую, на весну и на память мученика Маманта // Творения. СПб. С. 657 (PG, 36, col. 612 c).