Глава вторая

Сошествие святого духа на апостолов в день пятидесятницы и недоумение народа (стихи 1-13). Речь апостола Петра и ее действие на слушателей (стихи 14-42). Религиозно-нравственное состояние первой христианской общины в Иерусалиме (стихи 43-47).

Сошествие Святого Духа (2:1-13).

Великое событие сошествия Св. Духа на Апостолов некоторые, по всей справедливости, называют "днем рождения Церкви Христовой." Это событие было вместе с тем и завершением всего дела "домостроительства Божия" - дела спасения рода человеческого. "Чему быть благоволил Бог-Отец, что исполнил в Себе Сын Божий, - то присвоить верующим снисшел ныне Дух Святой" (Еп. Феофан Вышенский). Просвещенные Духом Святым Апостолы мужественно и безбоязненно, с великим дерзновением начали проповедь о Христе распятом и воскресшем из мертвых, и Церковь Христова начала расти и множиться сначала среди иудеев в Палестине, а затем и среди язычников во всем мире - "даже до края земли" (Деян. 1:8).

Произошло это "При наступлении дня Пятидесятницы" - при наступлении дня праздника иудейской Пятидесятницы. Законом Моисеевым было постановлено праздновать 50-ый день после наутрия субботы Пасхи, отсчитав от нее семь полных седьмиц. Пасха иудейская в год смерти Христовой приходилась на вечер пятницы: первый день Пасхи приходился, следовательно, в субботу, наутрие субботы было по нашему в воскресенье (в которое и воскрес Христос). От него нужно было отсчитать 7 полных недель. Таким образом, праздник иудейской Пятидесятницы приходился в тот год в воскресенье и совпадал с днем первой христианской Пятидесятницы. Иудейская Пятидесятница установлена была в освящение жатвы или первых плодов, так как к этому дню оканчивалась жатва, начинавшаяся сразу после Пасхи. С этим праздником соединялось также у евреев воспоминание Синайского законодательства. Это был один из трех важнейших праздников (Пасха, Пятидесятница, Кущи), на которые весь мужской пол обязан был собираться для празднования в Иерусалим. Совпадение дня сошествия Святого Духа с днем иудейской Пятидесятницы, конечно, не случайно и весьма символично. К этому дню ученики Господа созрели и возросли духовно: тогда и снизошла на них полнота дарований Духа Святого и они сами явились первыми плодами искупительного дела Христова. Кроме них, первыми плодами этого же дела Христова явились и крестившиеся в тот день три тысячи душ. Как христианская Пасха заменила собой иудейскую Пасху, так христианская Пятидесятница заменила собой в этот день Пятидесятницу ветхозаветную.

В какой день дан закон (ветхозаветный), в тот же нужно было даровать и благодать Духа, потому что как Спаситель, имея понести святое страдание, благоволил предать Себя на это страдание не в иное время, а в то, в которое закалали агнца, чтобы связать истину с самим образом, так и сошествие Святого Духа, по благоизволению свыше, даровано не в иное время, но в то, в которое дан закон, чтобы показать, что и тогда законополагал и теперь законополагает Дух Святой . . . Так как в день Пятидесятницы сносили снопы новых плодов и разные лица сходились под одно небо в Иерусалиме, то в этот же день имело быть и то, чтобы начатки от всякого народа всех живущих под небом народов собирались в один сноп благочестия и по слову апостольскому приводились к Богу (бл. Феофилакт).

"Все они были единодушно вместе." Собраны были вместе, конечно, не только 12 апостолов, как это можно заключить из дальнейшего повествования, но все верующие, может быть, даже в большем числе, чем те 120 человек, о которых говорится в 1-ой главе. В 14 ст. 12 апостолов довольно ясно различаются от других участников этого великого события. Собрание это, как можно предположить, происходило все в той же горнице-зале, где, видимо, постоянно собирались ученики, после совершенной в ней Тайной вечери.

И "внезапно сделался шум с неба, как бы от несущегося сильного ветра, и наполнил весь дом, где они находились." Они ожидали сошествия Св. Духа, но, конечно, не знали, когда именно должно исполниться данное им о том обетование, не знали и как это произойдет, а потому и сказано, что это было внезапно, неожиданно для них, тем более, что это был час утренней молитвы и, вероятно, они собирались идти в храм. Выражение: "Шум с неба, как бы от несущегося сильного ветра" показывает, что это не был собственно ветер, а только один шум, напоминающий бурный ветер, но без самого ветра. Этот шум шел сверху вниз, наполнил весь дом и был так силен, что привлек к себе внимание многочисленного народа, собравшегося на праздник в Иерусалим.

"И явились им разделяющиеся языки, как бы огненные, и почили по одному на каждом из них" - языки были только подобны огненным, но без огня, как и шум был подобен ветру, но без ветра. Шум был, таким образом, знаком сошествия Св. Духа для слуха, языки - для зрения. Слышанный сильный шум был образом могучей силы, какую сообщал Апостолам и всем верующим Дух Святой, огненные языки - образ того, что все бывшие тут получили дар речи пламенной, опаляющей, как огонь, все нечистое, все неправое и противящееся истине. (см. Григорий Богослов 4. 17).

Непосредственно за этими внешними явлениями последовало внутреннее: "и исполнились все Духа Святого, и начали говорить на иных языках, как Дух давал им провещевать." И прежде Апостолы сподоблялись некоторых духовных дарований, - теперь они исполнились Духа Святого: на них снизошла вся полнота благодатных духовных дарований - они преобразились, очистились, освятились и просветились действием Духа Божия, стали как бы совершенно другими, новыми людьми, а Дух Святой стал их постоянным вдохновителем и руководителем. Внешнее проявление этого благодатного преображения Апостолов выразилось в том, что они "начали говорить на других языках, как Дух давал им провещевать." Это было предречено Господом (см. Марка 16:17). Как только в душах их возгорелся этот Божественный огонь, они, в естественном порыве священного восторга, начали возносить Богу слова хвалы и благодарения, прославляя величие Божие (Деян. 2:11). Это благодарение Богу они начали выражать громко вслух на разных языках, что и привлекло к ним особенное внимание собравшегося на шум многочисленного народа, пришедшего в Иерусалим на праздник из разных близких и отдаленных стран. Дееписатель нарочно перечисляет все эти страны для того, чтобы показать, на сколь различных и многочисленных языках стали говорить ученики Христовы, после сошествия на них Святого Духа. Здесь были жители и восточной Азии и западной, и Африки и Европы, и все они слышали между говорившими свой язык, понятную для себя речь. Это тоже было символичным. Здесь мы видим прообраз Церкви Христовой, в которую должны были войти все племена и народы, чтобы единым сердцем и едиными устами возносить хвалу Богу. Понятно значение этого дара языков: он должен был сделаться средством распространения веры Христовой на земле.

При этом невольно припоминается, как этот дар Божий некогда был в руках Божиих орудием для наказания человеческой гордыни. Было некогда время, когда "на всей земле был один язык и одно наречие" (Быт. 11:1). Но человек, по гордости своей, задумал безумное предприятие, которое наказано было Богом через ниспослание гордецам различных языков, что заставило их, оставив работу, разойтись в разные стороны. Теперь же, дарованная Господом посредством Святого Духа возможность говорить на разных языках явилась средством, благодаря которому разделенные народности соединяются в единое целое - единую Церковь Христову. Прекрасно выражено это в дивном песнопении - кондаке праздника Пятидесятницы: "Егда снисшед, языки слия, разделяше языки Вышний; егда же огненные языки раздаяше, в соединение вся призва, и согласно славим Всесвятаго Духа."

"В Иерусалиме же находились Иудеи, люди набожные, из всякого народа под небесами" . . . здесь идет речь, как о иудеях, живших прежде в разных странах и переселившихся на постоянное жительство во Иерусалим, по религиозным побуждениям, так и о тех, которые временно находились в Иерусалиме, собравшись туда из разных мест на праздник Пятидесятницы. Иудеи времён земной жизни Христа Спасителя действительно были уже во множестве рассеяны по разным странам, частью по неволе, как военнопленные, частью по своей воле, в интересах торговли и производства.

"Когда сделался этот шум, собрался народ, и пришел в смятение, ибо каждый слышал их говорящих его наречием" - очевидно шум, несшийся с неба на тот дом, в котором были собраны ученики, был слышен на значительном расстоянии и притом так, что слышавшие его в городе замечали, что он несется к этому именно дому. Необычайность такого явления привлекла к дому громадное множество народа, быть может, шедшего в храм на утреннюю молитву. Вероятно, перед домом была большая площадь. Народ был поражен непонятным явлением: Апостолы, видом своим, очевидно обнаруживавшие свое происхождение из Галилеи, говорили на разных языках, так что каждый из собравшихся слышал свой собственный язык или наречие. Галилея славилась, как страна темная, не отличавшаяся образованностью, а потому собравшийся народ удивлялся, как эти люди, необразованные, неучившиеся, могли заговорить на столь различных языках и наречиях. Можно полагать, что Апостолы, прославляя Бога на разных языках, вышли на плоскую кровлю дома, а народ слушал их, окружая дом вокруг и заполняя всю площадь перед домом. Дееписатель перечисляет многие страны, из которых происходили эти люди.

"И все изумлялись и дивились, говоря между собой: сии говорящие не все ли Галилеяне? ... А иные, насмехаясь, говорили: они напились сладкого вина," - из этого видно, что не всеми одинаково было принято это чудесное событие. Люди благомыслящие справедливо видели в этом необыкновенное знамение, пытаясь догадаться, что оно предвозвещает. Но люди неверующие, злобные и легкомысленные, бывшие, может быть, из среды враждебной Христу Спасителю фарисейской и саддукейской партии, стали насмешливо объяснять происшедшее самым грубым образом - действием вина, оскорбляя, таким образом, Духа Святого. Именно так всегда неверие, легкомыслие и злоба самое высокое в духовной жизни силятся объяснить низкими до пошлости причинами, будучи не в состоянии понимать это высокое (1 Кор. 2:14-15).

Речь ап. Петра (2:14 - 42).

Изумление одних и грубые насмешки других побудили Апостолов обратиться к народу с разъяснением совершившегося чуда. Дар языков был ниспослан всем ученикам Христовым, находившимся в доме; теперь из всех выделяются только 12 ближайших учеников Христовых, и от имени их всех св. Апостол Петр обращается к народу с первой апостольской проповедью.

Он "возвысил голос свой" - речь его полна великого дерзновения, она торжественна, ясна и вразумительна. В лице собравшихся св. Петр обращается ко всем жителям Иерусалима. Мягко и кротко он устраняет подозрение в том, что ученики Господа "напились сладкого вина," "ибо теперь третий час дня." Это был час утренней молитвы, до которой никто из иудеев не вкушал пищи, тем более в такой великий праздник, как Пятидесятница. Далее, в объяснение происшедшего, св. Петр приводит ветхозаветное пророчество Иоиля (2:28-32), изреченное за 800 слишком лет до того. В этом пророчестве Господь устами пророка дает обетование людям об обильном сообщении даров Св. Духа всем верующим людям, с чем вместе соединяется угроза суда на нечестивых и обетование спасения праведным. Начальные слова пророчества: "и будет после сего" - св. Петр заменяет выражением: "и будет в последние дни" - выражение, относящееся у пророков к окончанию ветхозаветного времени и началу новозаветного. Заменяя этим выражением неопределенное выражение "после сего," Апостол таким образом очевидно исключает отношение этого пророчества к какому-либо ветхозаветному времени, а относит исполнение его только ко времени новозаветному.

"Излию от Духа Моего на всяку плоть," вместо подлинных слов пророчества: "излию Дух Мой," - смысл тот же, но Апостол лишь указывает на разделение даров св. Духа каждому верующему в отдельности. "Излияние" есть образ сообщения этих даров Св. Духа в особом изобилии, как бы в виде изливаемой воды или дождя. Излияние "на всякую плоть" указывает на сообщение даров Св. Духа всем людям. Здесь имеются в виду, конечно, все те, кто вступает в открывшееся Царство Мессии (ср. Исаии 40:5); только члены Царства Христова получат эту благодать Св. Духа.

До Христа огромная часть человечества - язычники - были совершенно лишены даров Св. Духа, а иудействе дары Св. Духа сообщались лишь некоторым, избиравшимся на особенное служение, в христианстве же - каждый верующий сподобляется этих благодатных даров через таинства. Это и начало исполняться со дня Пятидесятницы. Для примера указываются здесь и некоторые проявления этих даров Св. Духа, как наиболее известных в Ветхом Завете: пророчества, видения, сновидения, как средства сообщения Божественного Откровения людям.

"Сыны ваши и дочери ваши; и юноши ваши... старцы ваши" - этим указывается, что Дух Святой изольется Своими дарами на всех без различия пола и возраста. Знаменательно выражение: "на рабов Моих и на рабынь Моих" - в подлиннике. В Ветхом Завете не было случая, чтобы рабы получали благодатные дары Св. Духа и пророчествовали - в Новом Завете оковы рабства будут разрушены, и Дух Святой будет изливать Свои дары на всех, без различия состояний, ибо в Царстве Христовом все равны пред Господом - все рабы Господа.

С этим предречением об обильном излиянии Св. Духа соединяется предречение об имеющем быть после сего суде над нечестивым миром и о спасении истинных поклонников Бога истинного. Знамения приближения этого последнего Страшного Суда Божия над человечеством: "кровь, и огонь, и курение дыма." Это - символы кровопролития, возмущений, войны, опустошений. С этим соединятся и знамения на небе: затмение солнца и кровавый вид луны. Все эти ужасы на образном языке священных писателей обозначают вообще все те великие бедствия в мире человеческом, которые явятся предвестниками суда Божия над миром. Все это произойдет, "прежде нежели наступит День Господень великий и славный." В Ветхом Завете под этим "днем" понимался "день Мессии," или вообще время Мессии, в Новом Завете - день суда Мессии над миром - день Страшного Суда.

От суда, однако, "спасется" тот," кто призовет имя Господне," конечно, не в это только время и не устами только. "Призовет не просто," поясняет св. Златоуст, "ибо не всякий, - говорит Христос, - говорящий Мне: Господи, Господи, войдет в Царство небесное, но призовет с усердием, при хорошей жизни, с должным дерзновением." Разумеются здесь истинно верующие в Господа праведники.

Какое отношение имело это пророчество к событию дня Пятидесятницы?

Когда Апостол объяснял слушателям, что чудное событие, свидетелями которого они явились, есть исполнение ветхозаветного пророчества Иоиля, это само собой рождало мысль, что, следовательно, мессианское время уже наступило, Мессия уже пришел. Но где же Он и Кто Он? И вот в дальнейшей своей речи св. Апостол Петр начинает свое благовествование о Христе. Он возвещает слушателям, что Мессия явился в лице "Иисуса Назорея, Мужа, засвидетельствованного вам от Бога силами и чудесами и знамениями..." Всем известные чудеса Христовы Апостол вспоминает, как доказательства Его мессианского достоинства. Однако, для иудеев того времени крест, понесенный Христом, был большим соблазном. Дабы устранить этот соблазн, св. Петр прибавляет, что предание и умерщвление Христово совершилось: "по определенному совету и предведению Божию."

Устраняя соблазн, что Бог мог быть распят и умереть, св. Апостол говорит о Христе, применительно к иудейским понятиям, как о Человеке, Сыне Давидове, а потому и выражается, что "Бог воскресил Его," хотя Христос, как Сын Божий, воскрес Своею собственной силой и властью (см. Иоан. 10:18). Говоря о воскресении Господа, св. Петр приводит убедительное для евреев свидетельство царя Давида из 15 псалма ст. 8-11. Псалмопевец изображает в этом псалме праведника, который говорит о своем внутреннем тесном общении с Богом и выражает радость о том, что это общение не будет прервано смертью, что душа его не останется во аде и самое тело его не подвергнется тлению, а будет наслаждаться полнотой жизни в Боге и радостью в общении с Ним. Апостол прямо указывает, что этого Давид не мог говорить о себе, так как "он умер и погребен," как обыкновенный смертный человек, а что это Давид говорил "о Нем," т.е. о Христе. Говорил он это, будучи пророком, в тесном смысле слова, или провидцем будущего, и зная, что Бог с клятвой обещал ему от плода чресл его воздвигнуть Христа во плоти и посадить на престоле его. Это действительно мы находим во 2 книге Царств 7:12-16. Тут Бог дал такое обетование Давиду о непоколебимости дома его и о вечности престола и царства его, которое могло исполниться, конечно, только на Мессии, имевшему произойти по плоти из рода Давидова. Давид тогда же так это и понял и прославил Бога песнью в стихах 18-29. В 131 псалме говорится о том же предречении Господа Давиду, что из рода его произойдет Мессия, причем оно названо "клятвой": "Клялся Господь Давиду в истине, и не отречется ее" в смысле совершенной непреложности предрекаемого (Пс. 131:11).

"Он прежде сказал о воскресении Христа" - сказанное Давидом в 15 псалме ст. 10 исполнилось не на нем самом, а на потомке его по плоти Христе, ибо Христос, умерши плотию, сходил во ад с душой своей, но не остался там, а проповедав бывшим там духам об искуплении смертью Его всего человечества, снова оживотворил плоть Свою, Которая не видела тления, и воскрес из мертвых (см. 1 Петр. 3:18-19). Истину воскресения "сего Иисуса" св. Петр удостоверяет свидетельством всех верующих: "чему все мы свидетели."

Далее св. Петр свидетельствует и о Вознесении Христовом, результатом чего явилось и это излияние благодати Духа Святого на верующих. Как истину воскресения Христова св. Петр утвердил на пророчестве Давида, что особенно важно было для слушателей его иудеев, так и истину вознесения Господня он утверждает ссылкой на 1 ст. из 109 Псалма. Давид, как известно, сам не взошел на небеса, но говорит о Господе своем, что Бог посадил его одесную Себя: ясно, что Давид говорит; это не о себе, а о другом лице и именно - о Мессии Иисусе из Назарета, Который вознесся на небеса. Господь Иисус Христос во время Своей земной жизни Сам приложил к Себе это пророчество (Мф. 22:42-45), а св. Петр прилагает его ныне именно к вознесению Господа и седению Его одесную Отца.

В заключение Апостол делает практический вывод из всего сказанного: "Итак твердо знай, весь дом Израилев, что Бог соделал Господом и Христом Сего Иисуса, Которого вы распяли" - распятый ими Иисус и есть именно тот Мессия, о котором предсказывали ветхозаветные пророки.

"Которого вы распяли" - тут смелый и сильный оборот речи, которым Апостол хотел как бы острием поразить сердца слушателей: Бог так возвысил и возвеличил Его, а вы Его распяли. "Прекрасно этим заключил свое слово," говорит св. Златоуст, "дабы чрез то потрясти их душу."

Речь св. Апостола Петра действительно возымела сильное действие на слушателей. Они "умилились сердцем," то есть пришли в состояние сердечного сокрушения, представив себе ясно, как тяжко они согрешили пред Богом и Мессией. Боговдохновенное слово Апостола, подтверждаемое поразительным событием, очевидцами которого они явились, решительно убедило их в мессианском достоинстве Иисуса Назорея, и они обратились к Петру и прочим Апостолам с вопросом, полным почтения, любви и доверия:

"Что нам делать, мужи братия?" то есть: что нам делать, дабы загладить наше преступление, получить прощение грехов и вступить в общение с отвергнутым Мессией?

Путь примирения с Богом св. Петр от лица всех Апостолов указывает не в каких-либо внешних делах ветхозаветной праведности, а в покаянии и крещении: "покайтесь, и да крестится каждый из вас во имя Иисуса Христа для прощения грехов; и получите дар Святого Духа." Здесь Апостол требует от Иудеев того же самого условия для вступления в Царство Мессии, которого требовали раньше и св. Иоанн Предтеча и Господь Иисус Христос, начиная Свою проповедь (см. Матф. 3:2 и 4:17). Первое и необходимейшее условие для этого - покаяние, то есть решимость коренным образом переменить свою жизнь, в частности для иудеев - отказ от иудейства и обращение к христианству. Второе условие - крещение во Имя Иисуса Христа. Слова эти не противоречат заповеди Самого Господа - крестить "во Имя Отца, и Сына, и Святого Духа": они обозначают только главное содержание веры и исповедания крестящихся - они должны уверовать во Христа, как Мессию и с этой верой приступать ко крещению. За эти два дела Апостол обещает им и два спасительных для них последствия: прощение грехов и дар Святого Духа. Спасение человека и совершается этим двояким путем: отложение ветхого человека с греховными деяниями его и облечение в нового - "новотворение" человека силой благодати Святого Духа.

"Ибо вам принадлежит обетование и детям вашим и всем дальним, кого ни призовет Господь Бог наш" - обетование Божие, данное через пророка Иоиля об излиянии Духа Святого принадлежит прежде всего иудеям, как избранному народу Божию, а затем и всем народам земли, т.е. язычникам, которых также призывает Господь в Свое Царство. Об этом св. Петр, впрочем, говорит прикровенно, называя язычников "дальними," чтобы мысль эта не показалась иудеям соблазнительной, так как они только себя считали достойными Царства Мессии.

"И другими многими словами.." - Дееписатель не все излагает, что говорил св. Петр своим слушателям, а передает лишь сущность всего сказанного в увещании: "спасайтесь от рода сего развращенного," то есть стремитесь избежать того осуждения, которое ожидает строптивых Иудеев, в ожесточенном упорстве своем, не желающих уверовать в Мессию Христа.

Суд над этим строптивым родом Иудейским совершился весьма скоро уже в 70 г. при разрушении Иерусалима римлянами. Иудеи, обратившиеся ко Христу, избегли ужасов этого страшного наказания Божия, постигшего строптивый род еврейский: они, помня наставления Господа (Матф. 24:15-16), заблаговременно бежали из Иерусалима. Это апостольское увещание относится, конечно, и ко всем верующим всех времен, которые всегда должны спасаться от мира, во зле лежащего, верой во Христа и добродетельной жизнью, чтобы избегнуть наказания Божия, ожидающего грешный мир.

Действие этого события - излияния Св. Духа на Апостолов и речь ап. Петра было необыкновенно величественным: к первоначальному малому обществу христианскому "присоединилось в тот день душ около трех тысяч," которые приняли св. крещение.

Первая христианская община (2:42-47).

Все вновь крестившиеся постоянно пребывали "в учении Апостолов, в общении и преломлении хлеба и в молитвах" - для крещения требовалась только искренняя сердечная вера во Христа и покаяние; научение же новой вере совершалось потом, постепенно - Апостолы научали присоединенных истинам новой для них веры. Все уверовавшие представляли собой как бы одну дружную семью: это братское их единение Дееписатель и выражает словом "общение."

Под "преломлением хлеба" обычно разумелось всякое вкушение пищи, но в книге Деяний оно имеет высший смысл: под ним надо понимать Таинство Евхаристии - принятие Тела и Крови Христовых. В Апостольской Церкви Евхаристия совершалась иногда даже вечером (Деян. 20:7-11), при чем к ней присоединялась трапеза, называвшаяся "вечерею любви" (агапа) или "трапезой любви" (Иуд. 12; I Кор. 11:20-34). Под "молитвами" здесь подразумеваются не молитвы в Иерусалимском храме, о чем речь идет ниже, а молитвы собственно-христианского характера по домам. Таким образом, в этих домашних собраниях первохристианской общины в Иерусалиме мы видим начало христианского Богослужения, которое состояло тогда из апостольских поучений, таинства Евхаристии и общих молитв. О пении здесь не упоминается, но так как пение было обычно при храмовом и синагогальном богослужении евреев, то несомненно этот обычай перешел и в богослужебные собрания первой христианской общины.

"Был же страх на всякой душе..." - этими словами обозначается то впечатление, какое было произведено событиями дня Пятидесятницы, особенно обращением ко Христу такого множества иудеев. Страхом были одержимы души неверующих, которые не могли не видеть во всем происшедшем перста Божия. Это чувство страха усиливалось еще тем, что много знамений совершалось через Апостолов.

"Все же верующие были вместе и имели всё общее" - взаимная любовь так связала всех уверовавших во Христа, что они "были вместе," то есть находились в постоянном взаимообщении, жили как бы одной дружной семьей.

Это настроение первых христиан привело к обобществлению имущества верующих, конечно, не принудительному, как это мы видим в коммунизме, а совершенно добровольному, основанному единственно на братской любви к ближним и сострадательности к неимущим и нуждающимся. Здесь не было уничтожения прав собственности, но имеющие собственность сами добровольно разделяли ее с неимущими: "и продавали имения и всякую собственность, и разделяли всем, смотря по нужде каждого," то есть продавали свои недвижимые имения и движимую собственность и делились с бедными или сами, или через Апостолов, отдавая вырученные от продажи имущества деньги в их распоряжение. Долго ли держалось в иерусалимской общине такое обобществление имуществ, неизвестно: следы его скоро теряются из истории. Надо полагать, что недолго, ибо в многолюдном христианском обществе это было бы практически трудноосуществимо. В других общинах, основанных апостолами, мы также этого уже не видим: в своих писаниях Апостолы только убеждали к христианской благотворительности и взаимной братской любви, но не учреждали общих касс. Лишь по временам собиралась милостыня для бедных церквей и передавалась Апостолами (Деян. 11:29-30; 1 Кор. 16:1).

"И каждый день единодушно пребывали в храме" - они ежедневно неопустительно посещали иудейское богослужение, совершавшееся в Иерусалимском храме. Христианство не составляло секты в иудействе, а осуществило конечную цель иудейской религии: привести всех ко Христу, было исполнением и совершением истинного иудейства.

Все храмовое богослужение было основано на идее Мессии, а потому христиане могли молиться в Иерусалимском храме. Но так как христиане веровали в Мессию уже пришедшего, то у них естественно должно было постепенно выработаться свое богослужение, уже отличное от ветхозаветного иудейского. Начало ему и было положено совершением Таинства Евхаристии, которое в кн. Деяний называется "преломлением хлеба." Для этого первые христиане собирались в частных домах - "по домом" - где совершалась Евхаристия, соединенная с вечерею любви. Общий характер этих христианских собраний характеризуется словами: "в радости и в простоте сердца." Это - плод живости веры и чистоты сердца, глубоко погруженного в новое начало духовной жизни, освящаемого обильными дарованиями Св. Духа.

Вследствие всего этого христиане являлись образцом истинного благочестия и для всего остального народа - неверующих во Христа; поэтому они пользовались любовью народа - "имуще благодать у всех людей." Это доброе мнение о христианах было причиной постепенного увеличения числа верующих. Это увеличение Дееписатель рассматривает, как дело Самого Господа, почему и выражается: "Господь же ежедневно прилагал спасаемых к Церкви," то есть предназначенных Богом ко спасению.