Казанская духовная семинария Казанская духовная семинария
  •  Главная страница / Библиотека / История Русской Церкви /

Общий взгляд на этот период и его отделы

 

В первый период своей жизни Русская Церковь была как бы одною из греческих митрополий, подчиненных Константинопольскому патриарху, и находилась точно в такой же зависимости от него, как и все эти митрополии. Патриарх сам с состоящим при нем Собором без всякого участия со стороны русских князей и иерархов и избирал, и поставлял для России митрополитов, управляя чрез них Русскою Церковию, и притом избирал и поставлял исключительно из греков и, может быть, из южных славян, так что в числе 22 наших тогдашних первосвятителей мы не знаем ни одного, несомненно русского, который бы был поставлен самим патриархом [1]. Во весь этот период, продолжавшийся около двух с половиною веков, было в Русской Церкви только два случая самостоятельного избрания митрополитов: первый — во дни великого князя Ярослава, когда по воле его Собором русских епископов избран и поставлен был для России митрополит Иларион, родом русский; второй случай, еще более замечательный, — во дни великого князя Изяслава, когда точно таким же образом избран и поставлен был для России митрополитом другой россиянин по имени Климент Смолятич. Эти-то два случая, бывшие как бы провозвестниками будущей самостоятельности Русской Церкви, и можно положить гранями для разделения настоящего периода на частные отделы, которых, следовательно, будет три: отдел первый — от первого нашего митрополита святого Михаила до избрания митрополита Илариона (988-1051); отдел второй — от митрополита Илариона до избрания митрополита Климента Смолятича (1051-1147); отдел третий — от митрополита Климента Смолятича до начала второго периода, или до митрополита Кирилла II (1147-1240).

ОТДЕЛ ПЕРВЫЙ

СОСТОЯНИЕ РУССКОЙ ЦЕРКВИ ОТ ПЕРВОГО ЕЕ МИТРОПОЛИТА СВЯТОГО МИХАИЛА ДО ИЗБРАНИЯ МИТРОПОЛИТА ИЛАРИОНА (988-1051)

Великим благодеянием Божиим для России было уже самое обращение к христианству великого князя Владимира. Он принял святую веру не прежде, как предварительно испытав разные веры и глубоко убедившись в превосходстве ее пред всеми другими; принял не иначе, как после неоднократного совещания с представителями своего народа и по их единодушному согласию; принял именно с Востока — от Церкви Греческой, которая одна только сохраняла тогда во всей чистоте православие и древнее благочестие, одна только могла сообщить нам слово Божие на нашем родном языке, одна могла передать нам и остатки древнего христианского просвещения, находившегося в ней, по крайней мере, на высшей степени, нежели во всех других странах Европы [2]. Каких плодов нельзя было ожидать от столь счастливого обращения!

Тем более мы должны благодарить Господа за то, что Он, предызбрав и приготовив великого князя нашего Владимира быть просветителем России, продолжил жизнь его на много лет († 1015) и дал ему возможность оправдать свое высокое призвание, что преемником ему предназначил быть мудрому и ревностно-благочестивому сыну его Ярославу, которого также благословил долговременною жизнию († 1054), и что эти два царствования, обнимающие собою более полустолетия, послужили самым благоприятным временем для прочного насаждения у нас веры Христовой. В то и другое царствование по особенному устроению Промысла Россия вся почти непрерывно находилась под властию одного государя, хотя еще с самого начала в нее введена была так называемая система уделов. Оба эти монарха пользовались величайшим уважением в глазах своих подданных и имели на них сильное нравственное влияние. Внутреннее состояние России и внешние отношения ее к другим государствам были тогда гораздо лучше, нежели во весь последующий период ее древней истории. Римские первосвященники, хотя пытались уже насадить в России свое исповедание, но не достигали ни малейшего успеха, встречая пламенное противодействие со стороны греческих проповедников, призванных по желанию самого князя и народа, и со стороны русских, показывавших явное сочувствие к проповеди православия.

Посреди таких-то обстоятельств положено, в собственном смысле, основание Русской Церкви, основание твердое и глубокое, остающееся непоколебимым доныне.



[1] 28-м правилом Халкидонского Собора, Четвертого Вселенского, Константи­нопольскому патриарху дано право только поставлять митрополитов для подвластных ему митрополий, а право избрания митрополитов оставлено за Собором епископов той области, для которой митрополит был избираем. Но впоследствии право избрания митрополитов незаметно перешло от областных или местных Соборов к Собору патри­аршему [Собрание присутствующих (греч.)], который обыкно­венно составлялся при Константинопольском патриархе из всех иерархов, проживавших или случайно находившихся в Константинополе. Этот Собор обыкновенно избирал и представлял патриарху трех кандидатов на вакантную митрополитскую кафедру, из которых патриарх выбирал одного и поставлял (Zоnar. Ad canon. XXVIII Concil. Chalcedon. [410]; Blastar. Synthagm. alphabet. L. E. C. XI, apud Bevereg. Pandect. Canonum. T. 2. Pars 2. P. 115. Oxon., 1672 [340]; Le Quien. Oriens Christian. 1. P. 27, 114. Paris, 1740 [371]). Соответственно этому-то и для России мит­рополит был избираем не Собором русских епископов, как следовало бы по 28-му правилу Халкидонского Собора, а Собором патриаршим в Константинополе.

[2] Подробнее все эти мысли раскрыты нами прежде в книге: История хрис­тианства в России до равноапостольного князя Владимира как Введение в историю Русской Церкви. Ч. 2. Гл. 4 [179].

 

 

 
  • Карта сайта
  • Поиск
  • Полезные статьи
    спонсоров проекта

     


  •